Взрывной рост котировок биткоина породил мировую криптолихорадку. Фермы, майнящие криптовалюты, открываются в совершенно разных по экономическому уровню странах. В перспективе некоторым из них это поможет существенно нарастить ВВП.
Почему Приднестровье сделало ставку на биткоин
Andy Clark / Reuters

Технология раздора

 

Решение монетарных властей Китая запретить ICO, первичное размещение криптовалюты, не могло не повлиять на рынок биткоинов. По данным профильного портала CryptoCompare, в лидеры продаж тут же вырвалась Япония, на чью долю теперь приходится около половины (47 процентов) всех мировых торгов. И понятно почему: китайские трейдеры, не дожидаясь перитонита (запрет вступает в силу только с 30 сентября), переместились с национальных площадок на японский рынок. Буквально за несколько дней продажи в КНР сократились в разы. Естественно, биржевой курс биткоина на международных площадках скорректировался. В результате его стоимость уменьшилась почти с 5 тысяч долларов за один биткоин (курс на 1 сентября) до 3,7 тысяч на текущий момент (в середине месяца биткоин падал и до 3 тысяч долларов).

 

Однако интерес к новому рынку сохраняется. В первую очередь, за счет самой технологии формирования криптовалют, блокчейна — своего рода картотеки, в которой фиксируются все операции, когда-либо совершавшиеся с конкретной виртуальной «монетой». Записи в этой картотеке практически невозможно подделать, история изменений моментально становится известной всем причастным к ней лицам, и это многими экспертами расценивается как большое преимущество.

 

Официальные монетарные власти практически всех ведущих экономик мира (российский ЦБ не исключение) относятся к криптовалютам с понятной настороженностью. Но и с большим вниманием. Еще бы: за последние четыре года только курс биткоина (существуют и другие валюты) вырос на 700 процентов. И даже запретивший ICO Китай не намерен отказываться от блокчейна, предполагая употреблять эту технологию для того, чтобы взимать налоги и осуществлять безналичные расчеты.

 

Благо в Поднебесной хватает мощностей для развития криптопроизводства. В первую очередь — электроэнергии. Для технологии блокчейн требуется очень много электричества. А в Китае оно дешевое — широко распространена угольная и гидрогенерация, к тому же энергосектор дотируется государством. В связи с чем, собственно, производство биткоинов и получило в Китае такое широкое распространение.

 

Еще один важный фактор — практика объединения отдельных производителей, ферм, в так называемые «бассейны», то есть группы. Это позволяет китайским «фермерам» наращивать мощности. Выручка распределяется между всеми членами «бассейна» пропорционально вкладу каждого. Надо сказать, что это ноу-хау, помимо самих китайцев, привлекало в отрасль и производителей из-за рубежа.

 

Инфраструктуру блокчейна можно использовать не только для биткоинов. Например, в ряде стран при помощи этой технологии осуществляется регистрация прав земельной собственности. Здесь пионером выступила Швеция, а за ней подтянулись Австралия, Великобритания, Швейцария и даже Грузия.

 

То есть, если даже по каким-то причинам хождение криптовалют будет жестко пресечено (хотя объективных предпосылок для этого нет), сама технология выживет. Она уже получила благословение на административном уровне в государствах, считающихся законодателями финансовой моды (Грузия не в счет). Соответственно, мир будет нуждаться в производстве блоков транзакций, или, как это называется на профессиональном сленге, — майнинге.

 

Искушение криптой

 

И все же в основном технология применяется пока только для производства криптовалют. Хотя биткоин постоянно подвергается нападкам со стороны центральных банков и финансовых воротил. Так, например, 13 сентября генеральный директор JP Morgan Джейми Даймон называл биткоин «аферой» и даже обещал уволить любого своего сотрудника, если он займется торговлей криптовалютой. Финансовый портал Zerohedge сразу же поставил под сомнение его высказывание. Кредитной организации пришлось оправдываться и в конце концов признать, что косвенно она имеет отношение к торговле криптовалютами, так как «направляла заказы клиентов в инструменты, связанные с биткоином». Другие монстры традиционных финансовых рынков — Morgan Stanley, Goldman Sachs и Credit Suisse — тоже работают на этом рынке.

 

Что ж, как известно, справиться с искушением хорошо заработать, весьма проблематично. Поэтому биткоинами торгуют и, соответственно, производят. Согласно данным сайта Bithodes по состоянию на 25 сентября, большинство производителей сосредоточено в США (27,5 процента), Германии (17,7 процента) и Франции (7,1 процента). Россия, надо сказать, входит в топ-10 списка из 99 стран и занимает 3,3 процента рынка (всего в мире 9,4 тысячи точек по производству данного вида криптовалют).

 

Криптофермы разбросаны практически по всему миру, за исключением беднейших африканских стран. Больше всего их в Европе и Азиатско-Тихоокеанском регионе. В спину грандам из топ-10 дышат прибалтийские страны. Например, в Литве 73 фермы, в Польше — 61. У Латвии и Эстонии показатели скромнее (17 и 9 ферм соответственно). Но и это не меньше, чем, скажем, в Исландии (10 ферм), куда сейчас заводит производство криптовалют одна из лидирующих отраслевых компаний Genesis Mining, у которой почти 200 тысяч клиентов.

 

Такое рвение со стороны прибалтийских государств наводит на мысль о том, что их власти, с каждым годом теряющие все больше транзитной выручки из-за изменения логистики российских сырьевых потоков, ищут другие источники дохода. А создание криптоферм — относительно простой способ открыть для себя новые рынки. Необходимые условия — оборудование и доступ к большому количеству дешевой электроэнергии. Инвестиции имеют все шансы окупиться, учитывая, что новый рынок демонстрирует в среднем 175-процентый рост в год. Если же темпы роста снизятся (что можно наблюдать на примере сентябрьских торгов), даже десятикратное падение будет сопоставимо с текущей динамикой традиционного фондового рынка, например, в США (рост около 20 процентов в год по индексу Dow Jones). А это очень неплохой показатель: еще десять лет назад 5-10 процентов в год считались неплохой динамикой.

 

Непризнанный игрок

 

Желающих майнить биткоины с каждым днем все больше. О своем намерении вступить в криптовалютную гонку, например, заявил довольно-таки неожиданный игрок — Приднестровье.

 

Об этом рассказал основатель компании «Русский экспорт» Игорь Чайка. По его словам, администрация непризнанной республики рассматривает возможность создания ферм для производства криптовалют совместно с российскими инвесторами. «В Приднестровье есть направления по кооперации в сфере информационных технологий, в том числе по блокчейну и криптовалютам. В правительстве Приднестровья говорят, что уже находятся на четвертом месте в Европе по скорости и проникновению интернета, у них очень дешевая электроэнергия, а это одно из ключевых условий создания майнинговых ферм», — подчеркнул Чайка. И добавил, что в непризнанной республике уже приняты законодательные поправки, позволяющие наладить производство криптовалюты.

 

Электроэнергия в Приднестровье действительно недорогая. Связано это с тем, что республика получает электричество от двух крупных станций — Дубоссарской ГЭС и Молдавской ГРЭС. Установленная мощность ГЭС — 48 тысяч киловатт (тип — гидроэлектростанция), ГРЭС (может работать на угле, мазуте и газе) — 2520 Мегаватт, что для небольшой республики с населением всего около 500 тысяч человек более чем достаточно. Энергия даже экспортируется — в Румынию и Молдову.

 

Цена киловатт-часа в 2017 году сохранилась на уровне 2016 года — 53 приднестровские копейки (около 2 российских рублей по курсу на 27 сентября). В Москве цена на электричество в 2,5 раза выше. Так что у проекта по производству биткоинов в непризнанной республике неплохие экономические предпосылки. Если же там удастся реализовать принцип «бассейнов» — больших объединений майнинговых ферм, как в Китае, то дела и вовсе могут пойти очень хорошо. В любом случае подобные проекты — полезный опыт внедрения новых методов развития экономики.