Численность тех, кто нуждается в расселении, занижена в разы, однако в разных субъектах федерации эта цифра может существенно отличаться, заявил эксперт.
Численность нуждающихся в расселении занижена в разы
Александр Петросян / Коммерсантъ

Аварийный жилищный фонд в нашей стране — это бюрократический эвфемизм, за которым скрываются сотни тысяч семей, проживающих в совершенно катастрофических условиях. Эта катастрофа возникла не вчера. Здесь и добротный жилой фонд, пришедший в руинированное состояние в результате небрежной эксплуатации. Здесь дома «первых пятилеток» и покорителей БАМа, которые строились наспех, как времянки, до лучших времен, да так и остались для вчерашних новоселов единственным пожизненным приютом, заявил корреспонденту ИА REGNUM кандидат политических наук, доцент кафедры государственного и муниципального управления РЭУ им Г. В. Плеханова Кирилл Парфенов.

 

«По официальным данным, объем жилищного фонда, признанного аварийным на 1 января 2012 года, составил 11,3 млн кв. м. Если мерять не в квадратных метрах, а в людских судьбах, то в ветхих и аварийных домах зарегистрированы не менее 800 тыс. чел. Такую цифру, в частности, назвал глава Наблюдательного совета Фонда содействия реформированию ЖКХ Сергей Степашин. За оговоркой «не менее» могут стоять более серьезные цифры», — считает эксперт.

 

«Ключевым для понимания проблемы, пожалуй, является оборот «признанного аварийным», используемый официальными документами. За ним скрывается лукавство должностных лиц на местном уровне и уровне субъектов федерации. Причин такого лукавства, как минимум, две. Во-первых, строительство жилья для переселения осуществляется на условиях софинансирования: из бюджета Фонда ЖКХ в 2013—2017 гг. планировалось выделить 141,0 млрд. руб., из бюджетов субъектов РФ и муниципальных образований — еще 168,8 млрд. руб. Средства, в нынешних условиях практически тотального дефицита бюджетов, весьма значительные, и руководители различных уровней обозначать в них потребность совершенно не заинтересованы. Во-вторых, в условиях командно-административной системы управления должностные лица элементарно боятся ответственности за медленную ликвидацию аварийного и ветхого жилья, а потому скрывают реальный масштаб бедствия», — пояснил Парфенов.

 

«Граждане страны представляют это по достаточно регулярным сюжетам в различных средствах массовой информации, рассказывающим трагичные истории жизни той или иной семьи в доме, где падают стены и потолок, но аварийным он не признан. К сожалению, объективной информации о том, сколько же граждан в действительности проживает в таких руинированных домах, у нас нет — такой учет просто не ведется. По имеющимся отрывочным данным можно предполагать, что численность тех, кто нуждается в расселении, занижена в разы, однако в разных субъектах федерации, в разных муниципальных образованиях эта цифра может существенно отличаться», — высказал свое мнение эксперт.