Правила игры с банкротами изучает Анна Занина.
О первых итогах закона о банкротстве физлиц
Юрий Мартьянов / Коммерсантъ

Закон о банкротстве физлиц, принятый, чтобы помочь людям вылезти из долговой ямы, так и не стал панацеей даже для тех немногих, кто решился им воспользоваться. Первые итоги дел показали, что долги списываются не всем банкротам, а лишь добросовестным. Недобросовестным же должник признавался даже не за скрытие активов, а, например, потому, что его текущая зарплата не покрывала платежи по кредиту. «Списание долгов не является целью закона»,— объяснялось в судебных решениях. В результате должников без имущества суды стали рассматривать априори как недобросовестных.

 

Недавнее решение Верховного суда (ВС) РФ по делу Александра Волкова призвано напомнить, что закон принимался не с целью наказания граждан за то, что они оказались у разбитого корыта. Так, господин Волков сам подал на банкротство, и суд начал было рассматривать дело. Но потом, выяснив, что при 5,5 млн рублей долга у должника нет активов для расчетов с кредиторами, вместо введения реализации имущества, о которой просил финансовый управляющий, суд прекратил производство по делу. В решении приводится все тот же аргумент: списание долга не цель банкротства, а процедура реализации имущества при его отсутствии «лишена как правового, так и фактического смысла».

 

Александр Волков обжаловал прекращение дела в апелляции и кассации, но суды были неумолимы. «Процедура банкротства в сложившейся ситуации сведется лишь к констатации факта отсутствия имущества и освобождению гражданина от обязательств, что не является правовой целью банкротства граждан» — этот довод первой инстанции остался в силе. Кроме того, суды указали, что у должника нет средств для финансирования процедуры, а третье лицо, не являющееся кредитором, деньги на это предоставить не вправе.

 

Но должник не сдался и добился передачи жалобы в экономическую коллегию ВС, которая признала такой подход судов ошибочным, вернув дело на пересмотр. ВС подчеркнул, что «право гражданина на банкротство не может быть ограничено только из-за отсутствия имущества для конкурсной массы». Суд должен оценить причины его отсутствия, а «один лишь факт подачи заявления о собственном банкротстве нельзя признать безусловным свидетельством недобросовестности». Нехватка средств на судебные расходы действительно может быть основанием для прекращения дела, добавил ВС, но закон не запрещает прибегать к помощи третьих лиц.

 

Это решение ВС дает надежду, что суды все-таки будут априори исходить из добросовестности должников. А те, кто оказался скован долгами не по прихоти, а, например, из-за потери работы, получат наконец шанс освободиться от них через банкротство. Для чего, собственно, и появился соответствующий закон.