Банк России собирается защитить инвесторов от рисков финансовых рынков. Что регулятор сделал для этого и как изменятся возможности частных инвесторов?
О волках, оленях и концепции защиты инвесторов
Евгений Гурко / Коммерсантъ

Моей бабушке почти 90 лет. Когда я читал опубликованную несколько дней назад на сайте Банка России концепцию защиты инвесторов, я вспомнил, как она говорила мне: «Волки и олени в одном стаде не бывают». Наверное, в Банке России думали именно об этом, когда ее разрабатывали. Инвестор инвестору рознь.

 

Не секрет, что розничных инвесторов в России до сих пор крайне мало – мы уступаем не только таким монстрам фондового рынка, как США, и другим так называемым развитым странам, но и нашим бывшим собратьям по социалистическом лагерю, а также странам типа Турции и др. Это, конечно, не вполне нормальная ситуация: она не отвечает ни потребностям экономики, ни интересам населения.

 

Сейчас на российском финансовом рынке складывается интересная ситуация. С одной стороны, ставки по банковским депозитам снизились настолько, что люди начинают искать какие-то альтернативы. С другой – есть ожидания, что фондовый рынок в ближайшее время будет в фазе роста. И профессиональному сообществу, и регулятору рынка нужно думать как о том, что предложить тем, кто может прийти сейчас на фондовый рынок, так и о том, как помочь избежать им ошибок и разочарований. Грубо говоря – кому ОФЗ, а кому – производные с плечом.

 

Летом 2016 года Банк России заявил о том, что ищет новые подходы к защите инвесторов путем изменения их категоризации и более четкого определения, какие инструменты каким категориям инвесторов разрешены. При этом первоначальные подходы регулятора были очень жесткими. Достаточно сказать, что наиболее незащищенным инвесторам предполагалось сделать доступными только ОФЗ, а вот паи инвестиционных фондов (даже фондов облигаций) уже считались слишком рискованными.

 

После интенсивных консультаций с профессиональным сообществом концепция стала более гибкой. Неквалифицированные инвесторы делятся на две подгруппы в зависимости от суммы (до 400 000 рублей – особо защищаемая подгруппа). Кроме квалифицированных инвесторов (опыт работы от 2 лет в финансовых организациях/квалификационный аттестат/размер активов от 10 млн рублей) появятся профессиональные (имеющие международный финансовый аттестат/опыт работы от 3 лет в финансовых организациях/ размер активов от 50 млн рублей).

 

Сейчас концепция предполагает, что неквалифицированным инвесторам (даже особо защищаемой категории) будут доступны акции, облигации и ETF (из списков 1 и 2 уровней), инвестиционные паи, инструменты валютного рынка и рынка драгоценных металлов.

 

С точки зрения сообщества управляющих, отнесение ПИФов инвестиционных фондов к инструментам, разрешенным для неквалифицированных инвесторов особо защищаемой категории без инвестиционного профилирования, является, несомненно, правильным шагом. Паевой фонд вообще является инвестиционным инструментом, наиболее «дружественным» и комфортным для массового розничного инвестора. Это справедливо не только для России, но и для многих других стран. Отсекать массового инвестора от него было бы ошибкой.

 

Появление финансовых советников – это тоже скорее плюс, несмотря на то что для компаний это новые затраты и удорожание ведения бизнеса, который сейчас и без того испытывает множество новых нагрузок. Финансовый советник поможет подобрать клиенту продукт, соответствующий его инвестиционному профилю и жизненной ситуации, поможет избежать лишних рисков. Кроме того, он доведет до клиента информацию о самом факте существования различных рисков на финансовом рынке. Разбирающийся в специфике рынка клиент является более «качественным», нежели тот, кто не осознает существующие риски. Ведь, увидев небольшую просадку по счету, такой клиент может вывести все средства и, будучи разочарованным, покинуть финансовый рынок навсегда. Клиент, который прошел процедуру инвестиционного профилирования и выбрал продукт, подходящий ему, скорее всего, станет более долгосрочным, а значит, в итоге более ценным для компании.

 

Что еще хорошо в концепции Банка России – это ее гибкость. Те, кто хочет приобрести недоступный для них инструмент, могут пройти онлайн-экзамен на сайте СРО или биржи и подтвердить свое решение и понимание возможностей и рисков данного инструмента. А кроме того, у всех неквалифицированных инвесторов есть ежегодное однократное «право на риск»: можно приобрести любые инструменты на сумму до 50 000 рублей.

 

Наверное, не все моменты еще окончательно ясны. Например, как будет организована проверка клиента для подтверждения его инвестиционного профиля? Каким образом будет налажено взаимодействие участников рынка Пенсионным фондом России, Федеральной налоговой службой, бюро кредитных историй и так далее? Не слишком ли возрастет нагрузка на компании? Но в целом можно ожидать, что концепция поможет привлекать инвесторов и защищать их от не подходящих им решений. И волки и олени получат свое.

 

Алексей Фролов, сооснователь компании Forensic Solutions, форензик эксперт

 

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.