Несмотря на введение уголовной ответственности, проблема фальсификации банковской отчетности остается актуальной.
ЦБ планирует ужесточить наказание за фальсификацию отчетности
Кристина Кормилицына / Коммерсантъ

О том, что ЦБ обсуждает возможность увеличения срока лишения свободы за фальсификацию отчетности кредитных организаций и перевода таких преступлений в категорию тяжких, рассказал на встрече с банкирами в "Бору" глава юридического департамента ЦБ Алексей Гузнов. Статья 172.1 Уголовного кодекса (УК), предусматривающая ответственность за фальсификацию отчетности кредитных организаций, введена 2 августа 2014 года. Сейчас за подобное преступление максимальная мера наказания — лишение свободы до четырех лет. "Если бы была ответственность до шести лет, то есть перевод в разряд тяжких преступлений, это было бы адекватной реакцией",— сказал Алексей Гузнов. По его словам, ЦБ обсуждает с правоохранительными органами, как эту норму УК "настроить, чтобы она ими больше и лучше применялась и лучше воспринималась судами".

 

Необходимо, чтобы была четко проведена грань между бухгалтерской ошибкой и злоупотреблением именно в виде фальсификации, пояснил господин Гузнов, отметив, что речь идет о вопросах "очень специфического знания". Привлечь банкиров к ответственности можно только если ЦБ предъявил требование об устранении недостоверности отчетности, но банк требование не выполнил. Как правило, банкиры до этого не доводят. Так, за 2015 год, по данным ЦБ, было возбуждено всего пять уголовных дел за фальсификацию отчетности, то есть только по 5% банков, лишившихся лицензии, хотя у большинства из них ЦБ обнаруживал факты существенного искажения отчетности. По словам господина Гузнова, помимо увеличения срока ответственности следует говорить об уточнении процедуры и, возможно, уточнении самих условий, когда нарушение будет считаться состоявшимся.

 

Отсутствие большого количества реальных уголовных дел, по мнению экспертов, связано с самой процедурой привлечения к ответственности за фальсификацию отчетности. Факт фальсификации, как правило, выявляется с опозданием. "В основном факты фальсификации отчетности вскрываются через несколько месяцев после отзыва лицензии, уже во время работы временной администрации,— говорит управляющий партнер компании "Коблев и партнеры" Руслан Коблев.— К этому времени и бенефициары, и основные топ-менеджеры в большинстве случаев оказываются уже далеко за пределами России". С учетом этого предложение ЦБ увеличить срок ответственности и, главное, перевести фальсификацию отчетности в разряд тяжких преступлений имеет смысл. "По тяжким и особо тяжким преступлениям рассмотрение в суде может происходить без присутствия обвиняемого, если он, к примеру, скрывается от правосудия",— добавляет господин Коблев.

 

Перевод фальсификации в разряд тяжких преступлений помимо срока имеет и более важные аспекты. "Как правило, те же досрочные освобождения, амнистии бывают лишь по преступлениям до средней степени тяжести,— поясняет Руслан Коблев.— За тяжкое преступление наказание будет необратимым". По словам партнера адвокатского бюро "Плешаков, Ушкалов и партнеры" Вячеслава Ушкалова, именно начиная с тяжкого преступления ответственность может наступать за приготовление к преступлению, лица могут привлекать за соучастие; если инкриминируется несколько преступлений и одно из них является тяжким, то общие сроки суммируются.

 

Впрочем, без изменения самого подхода к привлечению к ответственности за фальсификацию ужесточение наказания вряд ли даст нужный эффект, сходятся во мнении эксперты. "Уже не раз было доказано, что утяжеление наказания не приводит к сокращению преступлений,— отмечает руководитель практики уголовной-правовой защиты бизнеса "Пепеляев групп" Максим Кошкин.— Если отдельные игроки сейчас применяют незаконные схемы, то и после усиления ответственности от них не откажутся". Гораздо важнее добиться, чтобы виновные в фальсификации отчетности привлекались к ответственности хотя бы по действующей статье, а только когда эта мера заработает, рассуждать, усиливать наказание или нет, считает зампред правления Совкомбанка Михаил Автухов. По его мнению, реальный шанс сесть в тюрьму на четыре года — более чем достаточный стимул для отсутствия фальсификаций.

 

Вероника Горячева