Финансовую поддержку переходу к экологически устойчивой экономике во второй половине текущего века призваны обеспечить специализированные облигации, выпускаемые корпорациями, правительствами и международными финансовыми институтами.
Россия наблюдает за бумом на мировом рынке зеленых облигаций
Reuters

Их выпуск в 2017 году превысит $200 млрд, прогнозирует агентство Moody`s, во многом благодаря развивающимся рынкам. В России к этому инструменту только начинают присматриваться.

 

Бум зеленых долгов

 

Выпуск долговых ценных бумаг, с которыми связывают будущее зеленой экономики, вырос в 2016 году на 120%, покрыв 1,4% мирового финансового рынка и составив $93,4 млрд, во многом благодаря наплыву на рынок китайских заемщиков. На них приходится треть всех облигаций, которые помогли привлечь $32,9 млрд на экологические проекты. По данным агентства Moody`s, в текущем году экологических облигаций будет выпущено вдвое больше — на $206 млрд.

 

Зеленые облигации — это долговые инструменты, используемые для привлечения средств на проекты, связанные с возобновляемой энергией, повышением энергоэффективности, экологически чистым транспортом или низкоуглеродной экономикой, которые существуют на финансовом рынке почти десять лет. Их история началась в 2007 году, а первыми эмитентами стали Всемирный банк и Европейский инвестиционный банк; выпуск облигаций тогда составил почти $807 млн. В 2013 году их выпустили французская Electricite de France, шведская компания Vasakronan и Bank of America Merill Lynch. В 2014 году испанской энергетической компанией Albengoa Greenfield были размещены первые высокодоходные зеленые облигации. Тогда же эмиссия зеленых ценных бумаг совершила заметный скачок, увеличившись втрое по сравнению с 2015 годом ($36,5 млрд против $11 млрд). Стремительными темпами она продолжает расти и сейчас. «При сохранении ускорения, которое создает Парижское соглашение по климату, расширении географии и числа эмитентов, выпуск экологических облигаций, скорее всего, достигнет новой вехи в 2017 году»,— прогнозирует агентство Moody`s.

 

Такие облигации размещаются не только банками и частными компаниями, но также правительствами стран, муниципальными и местными органами власти. Первые региональные облигации были эмитированы американским штатом Массачусетс, а муниципальные — Гётеборгом (Швеция). За ними последовали канадская провинция Онтарио, штат Нью-Йорк, Йоханнесбург (ЮАР) и другие. Крупным событием начала нынешнего года стал выпуск экологических облигаций правительством Франции: их общая стоимость составила $7,5 млрд, которые будут направлены на инвестиции в чистую энергетику и проекты по борьбе с глобальным потеплением.

 

Крупнейшим заемщиком 2016 года, по данным Moody`s, является Китай. Однако его эмиссией покрыта лишь небольшая доля потребности зеленой экономики страны в инвестициях, которая составляет 2 трлн юаней ($308,8 млрд) ежегодно из-за высоких объемов загрязнения воздуха, воды и почвы (четверть мировых выбросов углекислого газа приходится именно на КНР). Что касается глобального спроса на инвестиции в экологичные технологии, то, по различным оценкам, он составляет от $950 млрд до $1,1 трлн в среднем в год. «Мы предвидим расцвет муниципальных зеленых облигаций на развивающихся рынках, розничных облигаций в Китае, США и Швейцарии, корпоративных облигаций — повсюду от Индонезии и Таиланда до Аргентины и Колумбии. Размах будет большим» — такой прогноз на 2017 год дает сайт Climate Bonds Initiative.

 

Замглавы ИНП РАН Борис Порфирьев прогнозирует, что до 2040 года благодаря диверсификации источников финансирования и развитию рынка низкоуглеродных технологий доля банковского кредитования зеленого сектора может сократиться до 33%, в то время как удельный вес инновационных финансовых инструментов, предположительно, увеличится до 23%. «Основной проблемой устойчивого развития рынка зеленых облигаций является отсутствие жестких стандартов их выпуска. Ряд шагов был предпринят Всемирным банком, в 2013?году предложившим критерии, которым должны отвечать проекты, финансируемые за счет зеленых облигаций. В начале 2014?года 13 банков совместно разработали и предложили (а 49 финансовых институтов подписали) общие принципы выпуска таких облигаций. На национальном уровне первые официальные правила выпуска зеленых облигаций были опубликованы Народным банком Китая в конце 2015?года для стимулирования частного инвестирования перехода страны к зеленой экономике»,— отмечает он.

 

Россия как наблюдатель

 

До 2016 года зеленые облигации считались неактуальным финансовым инструментом для России. Однако снижение цен на углеводородное топливо и глобальный тренд на развитие чистой энергетики не могут не отражаться на тенденциях в российской экономике. «Для нас велик риск застрять в ресурсной экономике. Крайне важно, посмотрев на опыт других стран БРИКС, создать собственные инструменты зеленого финансирования и кредитования — оба сектора пока крайне неразвиты в России»,— говорил на первом заседании рабочей группы стран БРИКС по окружающей среде в апреле 2016 года глава программы «Зеленая экономика» WWF Михаил Бабенко, подразумевая эмиссию зеленых ценных бумаг и развитие льготных программ проектного банковского финансирования. «Модернизация и экологизация производства — задачи крайне капиталоемкие,— соглашался глава департамента регулирования в сфере водных ресурсов Минприроды Дмитрий Кириллов.— Поэтому важно создать инструменты, которые позволят обеспечить экономическую устойчивость зеленых проектов».

 

Несмотря на то что Россия до сих пор не ратифицировала Парижское соглашение по климату, для дальнейшей модернизации и поддержания конкурентоспособности ей также придется увеличивать энергоэффективность и развивать чистые технологии, которые на начальных этапах разработки и внедрения являются довольно капиталоемкими, считают эксперты. Зеленые облигации могут быть востребованы, чтобы привлечь капитал в новые предприятия и проекты.

 

Поручения Госсовета, утвержденные президентом Владимиром Путиным и определяющие экологическую политику на ближайшие годы, могут стать стимулом к тому, чтобы ускорить переход отечественных компаний на более чистые технологии. В докладе, подготовленном к заседанию, сформулированы приоритетные задачи — чистый воздух, чистая вода, решение проблемы отходов, сохранение лесов и биоразнообразия. Эти задачи создают предпосылки для развития новых финансовых инструментов на внутреннем рынке.

 

Компания «Норникель» рассматривает возможность выпуска зеленых облигаций для финансирования своих экологических инициатив, одной из которых является «Серный проект». В ноябре 2016 года «Норникель» подписал контракт с канадской компанией SNC-Lavalin на сумму около $1,7 млрд, целью которого является проект по утилизации диоксида серы на Надеждинском заводе. В нынешнем году компания должна выбрать наиболее эффективный вариант его реализации: альтернативные варианты решения «серной проблемы» включают производство элементарной серы и серной кислоты.

 

«Зеленые финансовые инструменты позволяют расширять круг инвесторов, привлекая организации, которые специализируются на финансировании экологических инициатив. “Норникель” изучает возможность использования зеленых бумаг для фондирования своих экологических инициатив, это позволяет привлекать длинные и более дешевые деньги»,— говорит первый вице-президент компании Сергей Дяченко.

 

Однако директор Центра экологических инвестиций Михаил Юлкин сомневается в том, что зеленые облигации действительно будут способствовать позитивным переменам, так как для этого в России на сегодняшний день нет условий: нет четких «правил игры» и общих для всех понятий о том, какие предприятия и проекты можно считать зелеными. «Зеленые облигации нужны, чтобы четко отделить вложения в зеленые проекты от традиционных бизнес-проектов. Значит, необходима система мониторинга и контроля за зелеными проектами. Инвестиции в них должны создавать инвесторам какие-то дополнительные выгоды. Не обязательно экономические. Они могут быть репутационными и имиджевыми,— говорит эксперт.— В конечном счете эти инвестиции должны повышать устойчивость инвестора, снижать риски и увеличивать его возможности. А теперь посмотрите на нашу действительность. Где эти инвесторы? Где особый статус зеленых проектов? Кто и как определяет, какие проекты зеленые, а какие нет? Кто их мониторит и контролирует? Как устроена отчетность? А ведь она должна быть публичной и верифицируемой. Поэтому я и не слишком оптимистично настроен».

 

По мнению Владимира Лукина, эксперта группы по оказанию услуг в области корпоративного управления и устойчивого развития КПМГ в России и СНГ, в России зеленые облигации могут успешно использоваться для привлечения финансирования экологических проектов, реализуемых муниципальными и региональными администрациями (при условии что местные органы власти являются гарантами возврата инвестиций). «Есть ряд существенных требований к правовому и финансовому контексту применения зеленых облигаций, при игнорировании которых данный механизм будет по меньшей мере неэффективен»,— считает он. Это, прежде всего, разработка четких критериев выбора проектов, особенно в части экологической и социальной результативности. В отношении рентабельности проектов, сопутствующих им рисков и ликвидности облигаций должны применяться не менее жесткие требования, чем при финансировании обычных проектов, в том числе требования к прозрачности их финансирования и реализации, за счет строгой отчетности и процедур внешнего аудита.

 

Людмила Брус, +1