Первый вице-премьер Игорь Шувалов позитивно оценил итоги Давосского форума для России: интерес к активам и экономике РФ оказался выше ожидавшегося.
Компании США предложили властям России восстановить бизнес-диалог
Ruben Sprich / Reuters

Зимняя сессия Всемирного экономического форума (WEF) в Давосе завершена. Игорь Шувалов, работавший на форуме 19–20 января, после ряда публичных и закрытых встреч подвел их итоги. Он признал: «Мы, честно говоря, думали, что будет немного скромнее. Но интерес, на деле, огромный». Накануне в Давосе министр экономики Максим Орешкин встречался с главой МВФ Кристин Лагард, предметом дискуссии был, в том числе, правительственный план по повышению потенциала экономического роста, разрабатываемый Минэкономики (министр рассказывал о нем в интервью “Ъ”, опубликованном 9 января). Кроме того, прошла его закрытая встреча с топ-менеджментом крупных компаний, входящих в российский Консультативный совет по иностранным инвестициям (см. “Ъ” от 20 января).

 

С представителями крупного бизнеса, в первую очередь, американского, также в закрытом режиме встречался и Игорь Шувалов. Итоги встречи, что бывает нечасто, первый вице-премьер раскрыл: по его словам, компании вышли с предложением о начале бизнес-диалога «Россия—США» в самое ближайшее время — в течение нескольких недель властные структуры в РФ получат соответствующие предложения от компаний. По словам господина Шувалова, речь идет о консультациях, опережающих возможное восстановление российско-американского политического диалога. Названия компаний не разглашаются, но, по данным “Ъ”, российская делегация имела встречи, в том числе, с представителями Google и крупнейшего хедж-фонда Bridgewater Associates.

 

Отметим, эта инициатива интересна, в первую очередь, в связи с бизнес-ориентированностью новой администрации США, ключевые посты в которой достались людям, сделавшим карьеру в частном бизнесе, в том числе финансовом. До сих пор форматы «бизнес-диалогов» под эгидой объединений предпринимателей были более эффективны в случае с Евросоюзом (и особенно с Германией) — госструктуры США рассматривали такие контакты как неофициальные. В случае же с Дональдом Трампом и главой Госдепартамента США Рексом Тиллерсоном, экс-главой ExxonMobil, «бизнес-дипломатия» может влиять на политические аспекты взаимоотношений достаточно сильно — хотя и менее предсказуемо.

 

Активно востребованный в Давосе глава РФПИ Кирилл Дмитриев на сессии WEF пояснял, что во многом интерес к РФ связан с переоценкой итогов «санкционной кампании» 2015–2016 годов. «Мы видим, что вокруг России сложилось достаточно мифов, один из которых сводится к тому, что экономика страны сильно пострадала вследствие санкций. Факты свидетельствуют, что это не так, санкции не достигли целей, которые преследовали», пояснил он, сообщив о «десятках миллиардов долларов» прибыли, упущенной компаниями США и ЕС из-за отказа от рынков РФ и о реструктуризации и росте эффективности ряда российских отраслей под внешним давлением.

 

На практике, вне зависимости от политических оценок, сокращение долговой нагрузки банковского и нефинансового сектора РФ в 2015–2016 годы действительно является косвенным последствием санкционного режима. При этом после девальвации рубля в 2014–2015 годы (даже с учетом его реального укрепления в 2016-м) потенциальные экспортные возможности экономики РФ значительно выросли, российские активы, несмотря на восстановление части стоимости, по-прежнему достаточно дешевы. Пока, судя по неофициальным оценкам Давоса, корпоративные структуры, исходя из опыта 2009–2011 годов, достаточно скептически относятся к перспективам институциональных реформ в России и более рассчитывают на структурные сдвиги и на снижение напряженности на внутренних рынках в силу более дорогой, чем ранее ожидалось, нефти. Впрочем, ожидание стабильной экономической политики РФ в 2017 году также достаточно сильно — в Давосе и Игорь Шувалов, и Максим Орешкин, и главы госкомпаний старались продемонстрировать, что эта политика будет предсказуема и рациональна: ключевым моментом власти России считают демонстрацию инвесторам принципиальной позиции по сбалансированному бюджету и стратегии сохранения Резервного фонда.

 

Глава «Роснано» Анатолий Чубайс в Давосе достаточно точно описал политический фон, на котором Россия предпринимает политико-инвестиционные маневры — это всеобщие ожидания новостей об изменениях в международной политике (глава «Роснано» описал это как «ужас» перед разрушением существующего миропорядка). Такие ожидания дают возможности для самых неожиданных инициатив и внутри РФ, и в отношении России — Давос показал востребованность как минимум обсуждения нестандартных сценариев. Впрочем, политические сферы России всегда достаточно настороженно относятся к значимым сдвигам в порядке вещей — после эмоционального подъема могут реализовываться не менее эмоциональные конфликтные сценарии. На деле, в ближайшие месяцы политические риски для инвестиционного процесса в России, исходя из итогов Давоса, можно считать выросшими, а не снизившимися.

 

Дмитрий Бутрин, Давос