Ритейлеры и ассоциации интернет-торговли жалуются на монопольное положение платежных систем. В чем они ошибаются?
Пустые жалобы: бизнес не понимает, как работают Visa и Mastercard
REUTERS / Daniel Munoz

Две недели назад ряд ритейлеров и Ассоциация компаний интернет-торговли (АКИТ) объявили о жалобе в Минпромторг в отношении тарифов платежных систем VISA и Mastercard для категорий food и non-food, и буквально намедни «Опора России» «взорвала эфир» обещаниями жалоб в ФАС в отношении тарифной политики Visa и Mastercard. Предметом претензий были комиссии Visa и Mastercard для крупного бизнеса в размере от 1,5% и до 2,5% для малого бизнеса.

 

Никого не смущает, ни в первом ни во втором случае, что нет и никогда не было тарифов Visa и Mastercard ни в 1.5% и ни в 1% ни даже в 0,5%. Действительно международные платежные системы удерживают с банка эквайрера даже до 1,8% в e-commerce и для простоты могут называть это себестоимостью услуг Visa и Mastercard, но в действительности данная комиссия называется Interchange Rate Fee (IRF) и оплачивается далее – эмитенту банковской карты, именно это и является самой основой и смыслом для банков вообще выпускать банковские карты.

 

Бездумные ограничения IRF неизбежно приведут к падению эмиссии карт в стране и, как следствие, падению оборотов по картам и росту теневой экономики. Собственно, в России банковские карты – это один из крайне немногих легальных способов заработка для банков, кроме набивших оскомину квадратных метров жилья и бесконечного «транзита» и «обнала».

 

Тем не менее, если людижалуются и жалуются громко, – очевидно, есть причины. На самом деле понять людей можно, они знают, что есть предприятия на рынке, которые оплачивают копеечные комиссии за эквайринг и за интернет-эквайринг в том числе, явно ниже значений того самого IRF, который един для всех.

 

По рынку ходят слухи о тарифах в 0,5%, которые предоставляют некоторые банки.  Дело в том,  если платеж принимает тот же банк, что и выпустил карту, естественно он может не пересылать трансакцию в Interchange вообще и таким образом давать по собственной карте любой тариф, который ему угодно.

 

Есть только одно «но» — если банк не отправляет собственные карты в Interchange, то имеет на выходе классический случай «упущенной выгоды». Кардхолдеру все равно, через какой банк идет прием платежа. Если банк-эмитент не отправит платеж через Interchange, то он сам же не дополучает выгоду как эмитент этой карты. В этом случае упущенная выгода  будет на порядки выше, чем прибыль от привлеченных низкими тарифами на эквайринг предприятий. Если эмитент принадлежит частным лицам, и они санкционировали такую работу себе в убыток, это можно понять — в конце концов, люди могут быть филантропами или просто плохо считать. Если эмитент принадлежит государству  — это уже другой случай.

 

С учетом вышесказанного, удивительно, что недовольные обращаются в самые разные инстанции   – кто в Минпромторг, кто в ФАС, кто еще куда. При этом у отрасли, вообще говоря, есть свой  регулятор и даже мегарегулятор – это Банк России. Именно он, согласно закону о Национальной платежной системе, является регулятором платежных систем и их правил (Федеральный закон 161-ФЗ РФ, ст.2 пункт 3.).

 

Проблема в том, что, судя по новостям, или верней их отсутствию, сам регулятор, вероятно, не в курсе, что он регулятор. Он попадает в новости двумя способами – либо отбирая лицензии банков, либо отловом хакеров. Хакеров ЦБ ловит, судя по новостям, с завидным постоянством и весьма упорно, настойчиво и поступательно. При этом никакого влияния на карточную отрасль ЦБ не оказывает вообще. Поскольку в отношении карт и их регулирования ни население, ни бизнес не слышали ни слова от ЦБ, то и население, и бизнес пытаются действовать методом проб и ошибок, обращаясь в Минпромторг, ФАС и прочие органы власти.

 

Тем временем, во всем мире регулирование торговли в интернете в первую очередь строится от регулирования платежных систем. Вспомните все случаи ограничения платежей в интернете — от Wikileaks и до сайтов с контрафактной онлайн-музыкой — и лишь во вторую от регулирования телеком-провайдеров, поскольку регулировать интернет-торговлю в разы проще через каналы платежей.

 

Мне сложно сказать, почему ситуация такова, как она есть. Я, как предприниматель в области карточного бизнеса, честно говоря, не очень понимаю, откуда в ЦБ такой кадровый и голод и недостаток информации.  После волны закрытия крупнейших банков на рынке очень много специалистов по банковским картам с опытом в десятилетия. Я вижу очевидную выгоду этой ситуации для теневой экономики, для систем некарточных платежей, построенных на обороте наличных средств или квази-электронных денег, даже для биткоинов. В чем тут выгода для нормального регулируемого законного бизнеса — для меня лично загадка.

 

Павел Врублевский, владелец платежной системы Chronopay