Всего порядка 10% компаний малого бизнеса в ВТБ имеют банковские кредиты. Ситуация по России в целом примерно такая же, а в ряде коммерческих банков этот показатель еще ниже: многие частные банки в последнее время практически свернули кредитование малого бизнеса. Почему так происходит?
Почему банки все чаще отказывают в кредитах клиентам из малого бизнеса
Fotolia/jojof

«Мне отказали после первой же консультации»

 

Действительно ли остальные предприниматели не нуждаются в кредитах? Или нуждаются, но просто не могут их получить?

 

Спрос на банковские кредиты выявлен примерно у 40% компаний малого бизнеса с годовой выручкой до 800 млн рублей. Соответственно, остальные 60% изначально предпочитают развивать бизнес за счет собственных средств либо используя только коммерческие кредиты — это, как правило, кредиторская задолженность и займы партнеров.

 

Кстати, похожая статистика не только в России. Несколько лет назад я возглавлял работу с малым и микробизнесом в московском офисе одного западного банка, который представлен в 15 странах Восточной Европы. Мы видели общую картину: в большинстве стран кредитовалось около 10—15% клиентов. При этом спрос на заемные ресурсы был у половины.

 

Так почему же при значительном спросе большинство клиентов не могут получить кредит? Сами предприниматели обычно отвечают так: «Мне отказали после первой же консультации». Это, к слову, не самый печальный вариант. Куда хуже звучит: «банк анализировал бизнес три месяца, запросил тонны бумаг, а в итоге отказал». Кто-то добавляет еще: «назвали такую ставку, которая делает бизнес нерентабельным».

 

Спасают не кредитующиеся

 

Сначала остановимся на первой причине — «отказали». Почему? Проще всего объяснить этот факт, посмотрев на статистику уровня просроченной задолженности в малом бизнесе, публикуемую Банком России: на 1 июня 2016 года она достигла рекордных 16%. При этом в корпоративном сегменте и рознице этот показатель тоже немаленький, но все же значительно лучше — 7% и 9% соответственно.

 

Это означает, что сопоставимая доля выданных кредитов будет списана банками в убыток, а банковская маржа по работающим кредитам — порядка 3—7% при залоговом кредитовании малого бизнеса — не в состоянии покрывать расходы на списание «плохих» кредитов, а также операционные затраты на сам кредитный процесс. Хотя работа с малым бизнесом в целом приносит банкам хорошую прибыль даже в кризис — «спасают» доходы как раз от 90% не кредитующихся клиентов. Само по себе кредитование было абсолютно убыточно в последние два года.

 

Для сокращения убытков от кредитования с конца 2014 года банки начали «закручивать гайки». Это проявлялось в осторожном отношении к определенным отраслям (все, что связано со строительством, автодилеры, внешний туризм и т. п.), более пристальном анализе финансов и кредитной истории, ужесточении требований к залогам — например, беззалоговое кредитование в целом заморожено, исключением остается только овердрафт.

 

Интересно, что в начале спада экономики банки чаще отказывают компаниям не по причине плохого финансового состояния, ведь отчетность все еще показывает хорошие результаты прошлых периодов, а в результате негативной оценки отраслевых рисков. А в конечной фазе спада и в начале оживления экономики (например, сейчас) банки часто вынуждены говорить «нет», так как теперь уже финансовая отчетность демонстрирует слабые показатели — в ней еще не успели отразиться последние улучшения в бизнесе. Понимая это, мы стараемся смотреть больше на динамику показателей текущего года. Если компания стабильно работает в последние месяцы, мы полагаем, что она успешно справилась с негативным влиянием экономического спада.

 

Банк в роли следователя

 

Другая сложность, с которой сталкиваются банки, — это анализ заемщиков малого бизнеса, который в России часто больше похож на расследование: кредитный эксперт вынужден разбираться в сложных взаимоотношениях между членами холдинга, понять схему бизнеса и роль большого количества технических компаний, ИП и пр. К сожалению, непрозрачность и налоговая оптимизация — это то, чем особенно отличается именно малый бизнес.

 

Правда, в последнее время мы видим в этом секторе тренд на «обеление» выручки — все большая доля выручки проходит по банковским счетам, что помогает нам кредитовать оборотный капитал бизнеса. При этом «обеление» прибыли — до сих пор редкая история. Поэтому задача «раскопать» реальную прибыль холдинга, что необходимо при инвестиционном кредитовании, похожа для кредитного эксперта на сложный квест. Зачастую в этих хитросплетениях запутывается не только сотрудник банка, но и сам собственник — бывает, что только после анализа банка он узнает свое реальное финансовое состояние. Самый неприятный момент — когда банки сталкиваются со специально «нарисованной» управленческой отчетностью с целью получить кредит. К счастью, такая отчетность, как правило, не проходит перекрестный анализ, и компания в итоге попадает в черный список банка.

 

Залог отказа

 

Стоит отметить еще одну проблему — недостаток залогового обеспечения у многих предпринимателей. В большинстве случаев банки требуют хотя бы 50% так называемого твердого залога — недвижимость, за исключением единственной жилой, или ликвидный автотранспорт. Товары в обороте также могут занимать определенную долю в обеспечении кредита, но обычно не более 30—40%. Для большого числа потенциальных заемщиков данные требования, к сожалению, невыполнимы. Правда, здесь есть выход — программы господдержки, реализуемые через федеральную Корпорацию МСП и региональные фонды поддержки малого и среднего бизнеса, предусматривают предоставление банкам поручительства данных организаций за заемщика в размере до 50—70% от суммы кредита. Мы относимся к такому обеспечению как к первоклассному залогу. Однако и у этих государственных организаций есть свои критерии оценки финансового положения заемщиков, и в случае слабых показателей возможен отказ.

 

Получается, что высокая доля «плохих» кредитов, а также сложный процесс финансового анализа и недостаток обеспечения приводят к большой доле отказов. Если вы получили отказ для того, чтобы в будущем рассчитывать на получение кредита, я бы рекомендовал прислушаться к советам кредитного эксперта. Такими рекомендациями могут быть: вывод из тени значительной части бизнеса, накопление операционного опыта, увеличение прибыли до определенного уровня, наращивание залоговой массы и т. п.

 

Теперь о процентных ставках. Основным фактором, влияющим на уровень процентных ставок по кредитам, как известно, является стоимость фондирования. После резкого повышения в конце 2014 года Банком России ключевой ставки до 17,5% и роста процентной ставки по депозитам до 20% стоимость кредитов подскочила до 25—30%. При этом в кредитную ставку закладывается не только стоимость привлеченных средств, но и ожидаемый уровень будущих невозвратов. Поэтому в данном случае маржа банков доходила до отрицательных значений. В последующие полтора года происходило постепенное снижение ключевой ставки и улучшение качества новых выдач. В результате сегодняшний уровень ставок в крупных банках при залоговом кредитовании малого бизнеса снизился до диапазона 12—14% годовых. Уже при таком уровне ставок мы прогнозируем рост спроса на кредиты.

 

К сожалению, банки с 2015 года были вынуждены увеличить долю отказов и повысить процентные ставки в первую очередь из-за огромного объема невозвратов по кредитам малого бизнеса. Таким образом, многие добросовестные заемщики этого сегмента фактически пострадали из-за своих коллег, которые не смогли вернуть кредиты банкам.

 

Однако наш прогноз на 2017 год в целом достаточно благоприятный: процентные ставки и доля просроченной задолженности будут и далее снижаться. Так что банкам на сегодняшний момент стоит более активно работать на рынке кредитования малого бизнеса.

 

Максим Лукьянович