Национальное бюро экономических исследований опубликовало индекс глобальной экономической неопределенности.
Нестабильность экономической политики в мире растет
Reuters

Стивен Дейвис, профессор Чикагского университета, и его коллеги из Стэнфорда Скотт Бейкер и Николас Блум ежемесячно рассчитывают индекс глобальной неопределенности экономической политики (GEPU, Global Economic Policy Uncertainty Index) начиная с января 1997 года. Индекс рассчитывается как среднее значение национальных индексов 16 стран, на которые приходится 2/3 мирового ВВП. Анализ учитывает данные США, Канады, Бразилии, Великобритании, Ирландии, Германии, Испании, Франции, Нидерландов, Италии, РФ, Индии, КНР, Южной Кореи, Японии и Австралии.

 

Метод расчета подразумевает анализ газетных публикаций — насколько часто термины «экономика» (Е), «политика» (P) и «неопределенность» (U) встречаются в одной статье. Для этого рассматриваются газетные источники в цифровом и печатном формате, чтобы расширить диапазон показателей. Подход позволяет рассмотреть неопределенность с разных сторон — о том, кто будет принимать решения в экономической политике, какие меры будут приняты и когда и какие эффекты вызовут политические решения в той или иной стране. Таким образом, индекс содержит важную информацию о степени и природе неопределенности экономической политики. Подбор терминологии в рамках упомянутых E, P, U осуществляется при участии носителей языка и экспертов в области экономики исследуемой страны. Благодаря методу анализа газетных статей индекс может распространяться на многие страны и быть просчитан в некоторых случаях даже на столетие или более назад. Ввиду возросшего объема публикаций за последние годы для объективности подсчета индекса использовался принцип ежемесячной стандартизации полученных данных.

 

При этом индекс демонстрирует резкий рост в ответ на крупные события, оказывающие влияние на мировую экономику — азиатский финансовый кризис и российский дефолт в 1998 году, теракты 11 сентября 2001 года, вторжение в Ирак в 2003 году, мировой финансовый кризис 2008–2009 годов, падение фондового китайского рынка, миграционный кризис в 2015 году и референдум о выходе Великобритании из ЕС в 2016-м.

 

Работа авторов посвящена поискам системной эволюции в экономической политике и поиску ответов на вопросы о том, какой эффект оказывает неопределенность в долгосрочной перспективе на экономические показатели и циклические колебания и создают ли финансовые кризисы прочный отрицательный эффект, дестабилизируя политический ландшафт и повышая неопределенность. При этом экономисты констатируют, что нынешние значения GEPU являются повышенными даже в сравнении с недавними кризисами, затронувшими мировую экономику. Так, среднее значение индекса с июля 2011 по август 2016 года на 60% превышало тот же показатель за предыдущие 14 лет и было на 22% выше, чем в период глобального финансового кризиса 2008–2009 годов.

 

«Повышенные уровни неопределенности глобальной политики в последние пять лет, даже в сравнении с кризисом 2008–2009 годов, впечатляют,— пишет в заключение господин Дейвис,— они привели к разочаровывающим результатам в глобальной экономике. Я надеюсь, что это исследование послужит стимулом для выработки мер по повышению предсказуемости экономической политики».

 

Марта Отто