Pokémon GO может принести отколовшейся от интернет-гиганта компании Niantic Labs годовую выручку в размере $5 млрд.
Покемонная революция: как развод с Google помог создать самую популярную в мире мобильную игру
REUTERS / Carlos Jasso

Фанатов этой смартфонной игры трудно не заметить. У них особая манера держать девайс одной рукой впереди себя, поясняет Джон Ханке, один из создателей Pokémon GO, пока мы прогуливаемся в Сан-Диего перед его выступлением на международном фестивале Comic-Con.

Вон они, — указывает Ханке на держащуюся за руки парочку с мобильниками в руках. — И вот тот, с рюкзаком. И люди, которые там стоят.

После релиза в июле Pokémon GO — бесплатная игра на основе дополненной реальности от Niantic Labs, в которой игроки должны ловить виртуальных существ в реальных локациях — бьет все рекорды. Apple утверждает, что за первую неделю эта игра по числу скачиваний опередила все приложения за всю историю отрасли.  Каждый десятый американец играет в Pokémon GO ежедневно (данные App Annie), и каждый день только в США продажа игровых аксессуаров приносит $6 млн (данные SurveyMonkey). Всего же игра доступна в 37 странах. Хиллари Клинтон использует игру в своей президентской кампании, Джастин Бибер охотится на покемонов в Центральном парке, и один репортер получил выговор за то, что играл на брифинге в Госдепе.

 

А ведь всего этого могло и не случиться. Еще год назад компания Niantic была едва заметна среди множества стартапов внутри Google. Когда в корпорации затеяли реорганизацию, ее могли либо передать в подразделение, разрабатывающее приложения под Android, либо вовсе ликвидировать. Но руководителям Google хватило ума дать Niantic шанс найти сторонних инвесторов, отделиться и зажить собственной жизнью. Так Джон Ханке получил возможность заключить договор с Nintendo и Pokémon Co и разработать самую крутую мобильную игру всех времен. Для Google эта история обернулась хорошим доходом: корпорация владеет примерно 30% акций Niantic, которая может заработать на Pokémon GO более $5 млрд за год (по оценке Macquarie Group).

Если бы Google оставил компанию у себя, я не уверен, что у нас вообще была бы эта игра, и уж точно она бы не появилась в столь сжатые сроки, — считает Гилман Луи, член совета директоров Niantic.

Ханке давно увлекался видеоиграми. Еще в детстве он научился программировать на компьютере Atari 400. Окончив Техасский университет в Остине, Джон отправился в бизнес-школу им. Хааса Калифорнийского университета в Беркли, поскольку собирался основать игровую компанию. И там присоединился к стартапу Archetype Interactive, основанному его одноклассником. Их Meridian 59 стал первой многопользовательской ролевой 3D-онлайн-игрой (компанию они продали в день окончания бизнес-школы). Потом Джон создал и продал в 2000 году еще одну компанию, занимающуюся играми, после чего основал разработчика геодезического программного обеспечения Keyhole. Технология, делавшая доступным для интернет-пользователей спутниковое изображение земной поверхности, привлекла внимание сооснователя Google Сергея Брина. В октябре 2004 года Google купил Keyhole примерно за $35 млн.

 

Поначалу Ханке думал, что останется в Google лишь на пару месяцев, но проработал в там более 10 лет как соруководителем ее геокоманды. При нем в 2005 году запустили проект Google Earth, приложение Google Maps было встроено в первый iPhone и стало вторым по трафику продуктом компании после поисковика. Но в 2010-м Ханке уже хотел уйти и заняться любимым делом — его манила идея соединить компьютерные игры с картами. Ларри Пейдж, второй сооснователь Google, пытаясь удержать ценного сотрудника, выделил ему персонал и средства на обособленный проект. Ханке назвал компанию Niantic Labs в память о корабле, на котором в Калифорнию приплыли первые золотоискатели.

 

Поразмявшись на дополненной реальности и создав продукт, позволявший знакомиться с городскими достопримечательностями на смартфоне или с помощью Google Glass, Niantic выпустила в конце 2012 года Ingress. Это была первая попытка Ханке сделать игру, основанную на геолокации, для двух команд, которые должны захватывать определенные точки в реальном мире, используя мобильный телефон. Игра заинтересовала серьезных геймеров, но революции в Google не сделала. К весне 2014-го Джон Ханке мечтал о том, чтобы соединить геолокационную игру с каким-нибудь успешным развлекательным брендом, чтобы привлечь как можно больше пользователей. Думал о Mario и Donkey Kong, но остановился на Pokémon — франшизе, породившей множество мультиков, видеоигр, коллекционных карточек и так далее (по данным на май 2016 года, продукты с брендом Pokémon принесли за все время $45 млрд выручки).

 

По случайности бывший сотрудник Ханке в Google Maps Тацуо Номура тоже строил планы на Pokémon. К Дню дураков 1 апреля 2014 года он хотел дать пользователям мобильных телефонов возможность поискать покемонов в Google Maps.

Гендиректор Pokémon Co сразу одобрил нашу идею, — вспоминает Номура. — По сути, переговоров никаких и не было.

Ханке обратил внимание на успех первоапрельского прикола с покемонами и попросил Номуру устроить ему встречу с правообладателями. На его счастье, глава Pokémon Co Цунеказу Исихара оказался поклонником Ingress. Исихара оценил, какие возможности дает геолокация для игры от Pokémon, и летом 2014-го Ханке взялся за разработку Pokémon GO (подробности сделки с японцами он не раскрывает).

 

Тем временем положение Niantic внутри Google стало вызывать вопросы. Материнская компания готовилась к реорганизации в связи с созданием холдинга Alphabet. Руководители Google не знали, что делать с группой Ханке. Начались разговоры о том, чтобы влить его компанию в группу, занимающуюся платформой Android, но перспектива иметь дело с бюрократией гиганта не привлекала Ханке. Он начал переговоры об отделении от Google и получил разрешение искать необходимое финансирование. Ханке провел встречи с представителями венчурных фирм, таких как Andreessen Horowitz и Kleiner Perkins Caufield & Byers, но все они настаивали на оценке его компании в $150 млн. Один из инвесторов припомнинает, что Ханке вел тогда речь об Ingress и ни словом не упомянул о Pokémon. В итоге гендиректору Niantic удалось обойтист без венчурных компаний. Он привлек $35 млн (при оценке компании в $175 млн) от Google, Nintendo, Pokémon Co. и нескольких бизнес-ангелов. 

 

В защиту тех, кто денег не дал, можно сказать, что Pokémon GO от роду всего пара месяцев, а история, вообще-то, неблагосклонна к производителям мобильных игр вроде Zynga (сама известная игра — Farmville) и King.com (Candy Crush). Так что пока задача Ханке — следить, чтобы сервер работал. Чем он и занят. Времени взяться за что-то еще, не говоря уж о том, чтобы самому поиграть в свою игру, у него попросту нет. На каком он сейчас уровне? «Вроде как на пятом», — сонным голосом отвечает автор новой игровой мании.