Отечественный спорт все-таки избежал самой грандиозной катастрофы в своей истории.
Россия избежала олимпийской дисквалификации
Дмитрий Азаров, Коммерсантъ

Сборная России, в свете грандиозного допингового кризиса оказавшаяся на грани отстранения от Олимпиады в Рио-де-Жанейро, сможет поехать на нее благодаря исполкому Международного олимпийского комитета (МОК). Руководители МОК, защищая не замешанных в допинговых скандалах спортсменов, не стали применять по отношению к ней принцип "коллективной ответственности", а отдали решение о допуске россиян на откуп международным спортивным федерациям. Многие из них уже дали понять, что не будут препятствовать выступлению на Олимпиаде российских атлетов. Впрочем, некоторые потери помимо уже дисквалифицированной легкоатлетической команды сборная России в процессе этого отбора наверняка еще понесет. МОК заранее предупредил, что спортсмены, чтобы попасть в Рио, должны иметь абсолютно "чистый" допинговый бэкграунд.

 

 

Вчера исполком Международного олимпийского комитета принимал, возможно, самое сложное в своей 120-летней истории решение. Неделю назад независимая комиссия Всемирного антидопингового агентства (WADA) представила доклад, в котором фактически обвинила Россию в масштабных и покрывавшихся на государственном уровне нарушениях, связанных с применением запрещенных препаратов и методик. Речь шла о сокрытии, в том числе на сочинской Олимпиаде 2014 года, положительных допинг-проб, а также о целой допинговой программе, якобы действовавшей в отечественном спорте около пяти лет. Отчет комиссии WADA вылился в рекомендацию отстранить от Олимпийских игр в Рио-де-Жанейро, открывающихся 5 августа, всю сборную России целиком и полностью. Она была поддержана целым рядом национальных антидопинговых агентств и других спортивных организаций. Крайняя мера, которую МОК никогда еще не применял в связи с допинговыми нарушениями по отношению к какой-либо стране, стала еще более реальной, когда в минувший четверг Международный спортивный арбитраж (CAS) подтвердил правомерность олимпийской дисквалификации, наложенной Международной федерацией легкой атлетики (IAAF) на российскую команду по этому виду спорта. Эксперты интерпретировали ее как зеленый свет для аналогичной санкции по отношению уже ко всей российской делегации.

 

Заседание исполкома МОК в режиме телефонной конференции длилось около трех часов. К совещанию 15 входящих в ключевой орган структуры функционеров был привлечен президент Олимпийского комитета России (ОКР) Александр Жуков, представивший позицию российской стороны. Она соответствовала позиции целого ряда авторитетных организаций (среди них — группа национальных олимпийских комитетов и международных спортивных федераций, Ассоциация летних олимпийских видов спорта, объединение "Европейские олимпийские комитеты", Всемирная ассоциация олимпийцев) и спортивных деятелей, считавших "коллективный запрет" неадекватной санкцией, ущемляющей права "чистых" спортсменов. Господин Жуков, гарантировав полное содействие проведению реформ в антидопинговой сфере, указал на то, что все российские атлеты, включенные в заявку на Олимпиаду в Рио (первоначально она включала 387 человек), в течение шести месяцев постоянно тестировались зарубежными антидопинговыми агентствами, а их анализы исследовались в зарубежных лабораториях. Таким образом, по поводу их "чистоты" не могло возникнуть вопросов.

 

Итогом совещания стал документ, который представители спортивной отрасли в России восприняли как победу, учитывая остроту положения. По словам президента МОК Томаса Баха, он был принят, несмотря на сложность ситуации, "почти единогласно". В нем отмечается необходимость продолжения расследования WADA и серьезность обвинений, но подчеркивается, что, "согласно правилам естественной справедливости", каждому спортсмену должна быть дана возможность на рассмотрение его собственного "кейса". На практике это означает то, что МОК отмел принцип "коллективной ответственности" и передал окончательное решение по допуску атлетов и команд в международные федерации по соответствующим видам спорта. В случае положительного заключения МОК разрешит им участие в Олимпиаде.

 

Томас Бах, комментируя исход совещания, сказал, что МОК "дал "чистым" спортсменам шанс доказать свою честность и стать примером для других". "Они должны показать, что можно выступать на Олимпийских играх только в том случае, если вы полностью "чисты". Будущее поколение российских спортсменов должно это понять",— резюмировал он.

 

 

Отказ головной спортивной организации от дисквалификации сборной России не равнозначен, однако, точке в истории с ее отстранением. Исполком, передавая инициативу федерациям, предупредил, что допуск спортсменов увязан с "определенными критериями". Под ними в первую очередь подразумевается следующее положение: ОКР запрещено заявлять на Олимпиаду спортсмена, "когда-либо наказанного за допинг, даже если он или она уже отбыл дисквалификацию". Кроме того, решение о допуске обязан будет поддержать арбитр CAS, "независимый от любой спортивной организации, вовлеченной в Олимпийские игры в Рио", а атлет, допущенный в Бразилию, подвергнется "дополнительной" программе тестирования в соответствии с правилами международных спортивных федераций и WADA. Проигнорировав такое тестирование, он лишится аккредитации — так же, как уже лишились представители Министерства спорта РФ. МОК уточнил, что отсутствие положительного национального допинг-теста не может считаться "достаточным" основанием для международной федерации. Они должны провести "индивидуальный анализ допинговой истории каждого атлета, учитывая только надежные международные тесты и особенности вида спорта, в котором он выступает, его правила". Теперь функционерам и экспертам предстоит интерпретировать уже эти положения.

 

Алексей Карпенко, старший партнер адвокатского бюро Forward Legal, сказал "Ъ", что "хорошие перспективы на поездку в Рио теперь, безусловно, имеют те федерации, в которых сильны российские позиции на уровне чиновников и в которых не было зафиксировано большого числа допинговых нарушений со стороны россиян". Однако, по мнению господина Карпенко, есть "проблемные виды": к ним он отнес тяжелую атлетику и "возможно, велоспорт". "Плохо то, что у тех федераций, у которых к России могут быть вопросы, фактически развязаны руки благодаря решениям МОК и CAS. Оспаривать их вердикт, если он будет отрицательным, бессмысленно",— добавил юрист.

 

Сразу после заседания исполкома МОК более или менее точный прогноз насчет того, в каком составе будет выступать сборная России в Рио-де-Жанейро, сделать было трудно. Совершенно ясным было, пожалуй, только то, что она все же потеряла 68 легкоатлетов. Исполком МОК не стал пытаться изменить решение IAAF (российскую легкую атлетику в Бразилии представит одна прыгунья в длину Дарья Клишина, чья заявка удовлетворила критериям международной федерации).

 

 

В ближайшие дни остальным федерациям предстоит изучать заявки от спортсменов из России и опыт IAAF, выказавшей готовность им поделиться. Оптимизм тут внушает тот факт, что ряд международных федераций уже дал понять или прямо заявил еще до решающего совещания МОК о том, что в создавшемся конфликте поддерживает российскую точку зрения на олимпийскую справедливость. Это — структуры, отвечающие за борьбу, водные виды спорта, гимнастику, фехтование, дзюдо, гандбол, волейбол. Вместе они охватывают приблизительно половину олимпийской программы. Более того, вчера появилась первая структура, которая, по существу, объявила о допуске российских спортсменов в Рио. Международная федерация тенниса (ITF) сообщила, что семь включенных в сборную России теннисистов — Андрей Кузнецов, Евгений Донской, Теймураз Габашвили, Светлана Кузнецова, Анастасия Павлюченкова, Дарья Касаткина и Екатерина Макарова — удовлетворяют критериям МОК.

 

Но есть и такие структуры, которым придется анализировать ситуацию гораздо дольше. Например, еще в июне стало известно, что Международная федерация тяжелой атлетики (IWF) рассматривает вариант с олимпийской дисквалификацией российской команды: у той накопилось слишком много допинговых случаев за последние годы, есть они даже у включенных в бразильскую заявку атлетов — допустим, у фаворитки в состязаниях женщин в супертяжелой категории Татьяны Кашириной. Наказание пока не вынесено, но очевидно, что бэкграунд у отечественной тяжелой атлетики именно идеальным считаться не может.

 

В некоторых видах он не идеален у отдельных спортсменов. Скажем, в плавании допинговые дисквалификации отбывали Наталья Ловцова и Юлия Ефимова. Потеря Ефимовой будет особенно болезненной: ведь в этом десятилетии она является бесспорным мировым лидером среди брассисток. В шоссейном велоспорте статус российской надежды имеет Ильнур Закарин, который на прошлой неделе одержал красивую победу на горном этапе главной многодневной гонки Tour de France: в его биографии тоже есть допинговая дисквалификация. Кроме того, "пограничный" случай произошел с двукратным призером лондонской Олимпиады шоссейницей Ольгой Забелинской. В 2014 году у нее обнаружили запрещенный препарат октопамин — сжигатель жира, а в 2015-м антидопинговая комиссия Федерации велоспорта России (ФВСР) оправдала госпожу Забелинскую. Международный союз велосипедистов (UCI) опротестовывал это решение, но в конце концов заключил с ФВСР мировое соглашение.

 

Оценивая расклад, связанный с "селекцией" международных федераций, министр спорта РФ Виталий Мутко выразил уверенность в том, что "большая часть сборной России сможет соответствовать предъявленным критериям МОК". Однако надо учитывать и еще одно обстоятельство. Какой бы взвешенной, логичной и справедливой ни выглядела выработанная вчера олимпийскими чиновниками позиция, какими бы по-человечески понятными ни казались их аргументы, нет никаких сомнений, что эта позиция столкнется с жесточайшей критикой со стороны тех, кому отстранение сборной России от Олимпиады представлялось единственным способом разрешить допинговый кризис. Вчера глава Антидопингового агентства США (USADA) Трэвис Тайгарт заявил, что, на его взгляд, "в важнейший для "чистых" спортсменов и целостности Олимпийских игр момент МОК отказался взять на себя лидерские функции". И будет удивительно, если к господину Тайгарту не присоединится никто из многочисленных российских оппонентов, а спортивные федерации, вынося свои заключения, будут избавлены от почти такого же мощного давления, которое испытывал всю прошедшую неделю Международный олимпийский комитет.