В Казахстане вчера прошло заседание совета министров иностранных дел стран "прикаспийской пятерки" — России, Казахстана, Ирана, Азербайджана и Туркмении.
Прикаспийским государствам опять не удалось договориться
Валерий Шарифулин/ТАСС

Хотя министры собрались уже на шестую подобную встречу, а переговоры по урегулированию правового статуса Каспия продолжаются два десятка лет, подписать соответствующую конвенцию в этом году вновь не удастся: расхождения в позициях государств сохраняются. Аргументы сторон выслушала в Астане корреспондент "Ъ" ГАЛИНА ДУДИНА.

 

Основную задачу, которую ставили перед собой министры, обозначил накануне командировки в Казахстан глава МИД РФ Сергей Лавров. Перед переговорами по Каспию он успел посетить с рабочим визитом Баку, где во вторник после встречи со своим азербайджанским коллегой Эльмаром Мамедъяровым объявил: "Надеемся, что на саммите в Астане будет окончательно принята конвенция о статусе Каспийского моря". Ожидалось, встреча на высшем уровне пройдет уже в этом году.

 

Во вторник вечером оба министра, а также их коллеги из Ирана, Казахстана и Туркмении собрались в Министерстве иностранных дел Казахстана для обсуждения проекта будущей конвенции. Впрочем, несмотря на прогресс по ряду вопросов, согласовать все детали не удалось даже за два дня. А значит, встреча на высшем уровне откладывается как минимум до следующего заседания глав МИДов. Как заявил по итогам переговоров Сергей Лавров, саммита теперь можно ожидать не раньше первой половины 2017 года.

 

Переговоры о правовом статусе Каспийского моря пять стран ведут с тех пор, как Казахстан, Азербайджан и Туркмения стали независимыми государствами со своими правами и притязаниями на шельф и акваторию Каспийского моря — и со своими взглядами на любую торгово-экономическую или военную активность в его водах.

Без малого 20 лет,— напомнил вчера глава МИД Казахстана Ерлан Идрисов.

Открывая встречу, он заверил, что соседям по Каспию удалось "приблизиться к компромиссу", и призвал коллег "проявить максимальное стремление к сотрудничеству". Однако по итогам переговоров признал: нерешенными "остались четыре крупных принципиальных вопроса". Господин Идрисов бегло назвал их: "Прокладка коммуникаций по дну Каспийского моря, технические аспекты разграничения дна, вопросы навигации разными судами и вопросы транзита".

В первую очередь министр заговорил о прокладке инфраструктуры по транспортировке газа, потому что у сторон разные взгляды на этот вопрос. Туркмения уверена, что право на прокладку инфраструктуры должно принадлежать исключительно странам, через акваторию которых будет проходить трубопровод. В то же время Россия и Иран настаивают, что принятие решений по любому проекту должно осуществляться с согласия всех пяти стран,— рассказал "Ъ" научный сотрудник центра изучения Центральной Азии и Кавказа Института востоковедения РАН Станислав Притчин.

Комментируя проблему "транзита", эксперт пояснил: "Связь Каспийского моря с Мировым океаном возможна только через внутренние воды России — Волго-Донской канал. Но его пропускная способность ограниченна, поэтому Россия ранее ввела квоты для других стран-участниц по проходу через канал, те же хотят обеспечить неограниченный транзит и закрепить это в конвенции".

 

Другую проблему прокомментировал иранский министр Мохаммад Джавад Зариф, назвав "одним из важнейших спорных вопросов" разграничение акватории. Министр призвал "учитывать особое географическое положение стран для достижения справедливых для сторон результатов". Это значит, что Иран выступает за деление шельфа и акватории на равные доли, в то время как Россия, например, поддерживает деление недр и шельфа при сохранении общего пользования водами Каспия и уже заключила отдельные соглашения об урегулировании морских границ с Казахстаном и Азербайджаном (Казахстан также заключил отдельное соглашение с Туркменией).

 

Однако, как заверил вчера Сергей Лавров, эта проблема будет "решаться между соседями", и осталось "лишь найти правильные формулировки принципов", согласованных лидерами пяти стран на саммите в Астрахани осенью 2014 года.