Почему будет сложно восстановить экономические отношения Москвы и Анкары.
Как далек турецкий берег
Евгений Павленко / Коммерсантъ

Возможное улучшение отношений России и Турции потенциально способно серьезно изменить ситуацию как минимум на трех крупных рынках обеих стран — продовольственном, туристическом и газовом. Однако реальность такова, что даже если события будут развиваться наиболее благоприятным путем, Турция, вероятно, еще не скоро восстановит позиции в российской экономике и энергополитике, если это вообще произойдет.

 

Энергичное охлаждение

 

Резкое обострение российско-турецких отношений прошлой осенью сразу сказалось на экономике, где и без того по ряду направлений они становились все хуже. Так, инцидент привел к фактической остановке двух крупных энергетических проектов — по строительству газопровода «Турецкий поток» и АЭС «Аккую». Хотя разногласия по трубе начались задолго до инцидента с самолетом, все же к осени 2015 года и Москва, и Анкара были готовы проложить одну нитку для обеспечения собственно нужд Турции.

 

Спустя месяц после инцидента с самолетом президент Владимир Путин объявил, что проект возобновится, только если Анкара согласует его с Еврокомиссией. В тех обстоятельствах заявление звучало как фактически признание отмены: по нитке для собственных нужд Турции согласия ЕС не требовалось. Поскольку с судьбой «Турецкого потока» была увязана и скидка на газ для турецкой госкомпании Botas, та в итоге дисконта не получила и впервые в истории отношений с «Газпромом» обратилась в арбитраж (разбирательство продолжается). Для самого «Газпрома» отмена «Турецкого потока» означала не только потерю инвестиций, но и со стратегической точки зрения невозможность полностью отказаться от транзита через Украину.

 

Проект «Аккую» стоимостью около $20 млрд был полностью согласован и формально не приостанавливался, хотя в нынешнем году в бюджете «Росатома» деньги на него уже не были предусмотрены. По словам собеседников “Ъ” в отрасли, «Росатом» уже готов был смириться с отменой своего самого крупного зарубежного проекта, но теперь возможное потепление отношений дает шанс все-таки его реализовать. Однако серьезные задержки, как и в случае с «Турецким потоком», неизбежны.

 

Отложенные продукты

 

Прямым следствием конфликта, отразившимся на текущем товарообороте (в январе—апреле снизился примерно вдвое), стал запрет Россией с 1 января ввоза большей части овощей и фруктов из Турции. Под эмбарго попали самые популярные категории (более 60% экспорта продуктов в РФ) — томаты, лук, цветная капуста, брокколи, огурцы, корнишоны, апельсины, мандарины, виноград, яблоки, груши, абрикосы, персики, сливы, земляника, клубника. С 17 марта Россельхознадзор ввел также временный запрет на импорт турецких гранатов и перца из-за выявленных случаев заражения карантинными объектами, с 25 апреля — баклажанов, с 16 мая — салата латука и салата айсберг, с 19 мая — кабачков и тыкв.

 

До запрета доля турецких овощей в российском импорте составляла 34–50%, в частности, страна была крупнейшим поставщиком томатов (57,7%), говорится в июньском мониторинге РАНХиГС и Института Гайдара. После введения ограничений крупнейшим поставщиков томатов стало Марокко, чья доля выросла с 17,3% до 56,6%. По последним подсчетам Национального союза производителей плодов и овощей, сейчас на Турцию приходится около 3% российского импорта овощей и 4% фруктов. Наибольшую долю занимают турецкие лимоны (64%) и грейпфруты (24%).

 

О возможности снятия запрета пока официально не говорится, но эксперты и участники рынка начали обсуждать это в первые же часы после новости о письме господина Эрдогана. Однако, как и в отношении крупных энергопроектов, быстрого восстановления ситуации никто не ждет. Директор Центра агропродовольственной политики Института прикладных экономических исследований РАНХиГС Наталья Шагайда заявила «РИА Новости», что турецкие овощи вряд ли будут востребованы в России до осени, поскольку отечественный производитель может предложить более дешевую продукцию. Исполнительный директор Национального союза производителей плодов и овощей Михаил Глушков подчеркивает, что поставки из Турции «давно заменили другие страны». По его словам, запрет привел к расширению числа импортеров и снижению цен на отдельные категории продуктов, поэтому возможное разрешение поставок из Турции никак не отразится на рынке, «просто появится еще один игрок».

 

Сама Турция до сих пор закупает более 50% российского экспорта масла и масличных культур и около 20% зерна, следует из материалов РАНХиГС. Страна, в частности, входит в тройку крупнейших потребителей российской пшеницы наряду с Египтом и Ираном.

Турция — крупнейший покупатель всего российского продовольственного экспорта — пшеницы, кукурузы, масла, гороха и пр.,— говорит директор аналитического центра «Совэкон» Андрей Сизов, доля страны на этом рынке почти не изменилась.

Запретные туристы

 

Вторым закрытым в ходе конфликта ключевым рынком стал организованный туризм, где Турция традиционно считалась самым популярным направлением летнего отдыха среди россиян. Еще по итогам 2014 года на ее долю приходилось 18,6% (3,29 млн человек) от числа россиян, отдыхавших за рубежом. По данным Ассоциации туроператоров России (АТОР), число проданных путевок тогда составило 2,4 млн человек, то есть пакетные туры приобрели почти 73% путешественников. В начале мая в администрации провинции Анталья говорили о сокращении турпотока из России на 90%, тогда как из Германии — на 30%, из Великобритании и Бельгии — на 36%. По словам вице-президента АТОР Дмитрия Горина, предполагалось, что туристов будет больше за счет самостоятельных путешественников, но их число начало сокращаться на фоне серии терактов в стране. Так, в начале января взрыв в Стамбуле стал причиной гибели восьми граждан Германии.

 

Вчера информации о возможности снятия запрета на отправку российских туристов в Турцию не было, но местные курорты уже ждут. Глава управления культуры и туризма Антальи Ибрагим Аджар, которого цитирует ТАСС, заявил, что курорт готов до конца сезона принять любое число россиян:

При необходимости все турфирмы, гостиницы, компании, обеспечивающие трансферы между аэропортом и гостиницами, в кратчайшие сроки начнут работать с прежней интенсивностью.

Он исключил возможность роста цен на фоне потенциального оживления рынка.

 

Однако участники отрасли быстрого восстановления турпотока в Турцию не ждут. Господин Горин отмечает, что в случае снятия моратория на продажу туров туроператорам понадобится месяц для восстановления программ. В то же время эксперт считает, что спрос восстановится быстро, приводя в пример ситуацию в Египте в 2013 году, где на это потребовалось всего три месяца. Однако три месяца — это уже фактически конец сезона. Между тем первый зампред комитета Госдумы по международным делам Леонид Калашников, которого цитирует ТАСС, полагает, что «можно быстро восстановить авиасообщение, но восстановить туристическое сотрудничество будет гораздо сложнее».

Наши компании ушли с турецкого рынка, туристов нужно будет заново ориентировать и убеждать ехать отдыхать в Турцию, а также в том, что это достаточно безопасная страна,— поясняет он, добавляя, что «на все это потребуется время».