Экономист Виталий Казаков о снижении уровня монополизации в экономике знаний.
Старые объяснения новой экономики
Depositphotos.com

В своей недавней статье «Too Much of a Good Thing» журнал The Economist утверждает, что степень монополизации американской экономики существенно выросла, прибыли корпораций стали чрезмерно высоки, а экономика нуждается в «гигантской дозе конкуренции». Видимые симптомы включают высокую долю корпоративных прибылей как пропорцию ВВП, очень высокую долю свободного денежного потока как пропорцию ВВП и беспрецедентно высокую норму доходности на вложенный капитал.

 

Монополизация, однако, является не единственным сценарием, позволяющим объяснить наблюдаемые симптомы. Если во второй половине XX в. развитые экономики прошли путь от индустриального капитализма (доминирует производство) к постиндустриальному (доминируют сервисы), то XXI век наблюдает дальнейшее уменьшение роли капитала и увеличение роли знания как факторов производства. Становление новой экономики характеризуется ускоряющимся развитием технологий, ведущим к цифровизации и роботизации производственного процесса, структурным падением себестоимости производства и капитальных затрат и, как следствие, низкой капиталоемкостью экономического роста. Переход от экономики, в которой доминирует капитал, к экономике, в которой доминируют знания, оставляет следы, схожие с теми, которые наблюдались бы при растущей монополизации. Рассмотрим каждый симптом по отдельности.

 

Высокая доля корпоративных прибылей как пропорции ВВП эквивалентна низкой доле зарплат, что обусловлено интернационализацией трудовых ресурсов (более низкие зарплаты в развивающихся странах) и роботизацией производственного процесса (отсутствие зарплат). Снижающаяся капиталоемкость экономического роста приводит к тому, что свободный денежный поток (прибыль после вычета капитальных затрат) растет еще быстрее, чем прибыль.

 

Долгое время экспоненциальное падение затрат ассоциировалось исключительно с себестоимостью компьютерных вычислений. Закон Мура – эмпирическая закономерность, подмеченная 50 лет назад, согласно которой производительность интегральных микросхем удваивается каждые два года, отражалась в сопоставимом снижении стоимости вычислений. На сегодняшний день целый ряд технологий прошли по экспоненциально убывающей кривой затрат. Солнечные панели и электрические батареи, микродатчики, которыми нашпигованы смартфоны и бытовые роботы, технологии 3D-печати и секвенирования генома.

 

Например, стоимость физических активов на балансе Google, одного из чемпионов новой экономики, не превышает $40 млрд, в то время как рынок оценивает стоимость бизнеса компании, т. е. ее способность зарабатывать прибыль, более чем в $500 млрд. Иными словами, менее 10% стоимости компании обусловлено вложенным в нее физическим капиталом. В такой ситуации норма доходности на вложенный капитал высока не потому, что доход излишне высок, а потому, что вложенный капитал достаточно низок.

Читать далее