«Командиры» российской экономики настаивают на реформах/
Бес перемен: экономика не выйдет из ловушек без реформ
Валерий Шарифулин/ТАСС

Образ «ловушки», из которой надо вырваться российской экономике, — ловушки сырьевой зависимости, госдолга, консервации доходов — был одним из наиболее часто используемых в первый день Петербургского международного экономического форума — 2016. Участники дискуссий признали, что из этих ловушек не выбраться без перемен, которых боятся и власть, и общество.

 

Ключевые представители монетарных властей, выступавшие на форуме, сошлись на том, что одной из важнейших задач является сокращение бюджетного дефицита. Сократить его возможно только путем заморозки зарплат. При этом уже сейчас падение уровня жизни населения беспрецедентно по сравнению с прошлыми кризисами.

 

«Это не наше упрямство»

 

ПМЭФ-2016 открылся дискуссией трех ключевых персон в управлении российской экономикой — председателя Банка России Эльвиры Набиуллиной, министра финансов Антона Силуанова и главы Центра стратегических разработок Алексея Кудрина, который пишет по заказу президента программу нового экономического курса страны.

 

Экономика России адаптировалась к внешним вызовам быстрее, чем ожидалось, в частности, с точки зрения платежного баланса, финансовой системы, которая демонстрирует прибыль, — повторила традиционную мантру российских чиновников Набиуллина. При этом, по словам главы ЦБ, основной тактической задачей монетарной политики на ближайшее время остается достижение целевого показателя по инфляции (4% к концу 2017 года) и поддержание его в долгосрочной перспективе.

 

Теперь из приоритетов остается адаптация бюджетной политики к новым условиям, заявила глава ЦБ, и участники обсуждения с этим не спорили (под новыми условиями имеется в виду главным образом снизившаяся цена на нефть). Цена бюджетного дефицита — более высокие ставки в экономики, напомнила Эльвира Набиуллина.

При прочих равных, чем больше дефицит бюджета — на 1%, тем больше — на 1 процентный пункт — процентные ставки, — вывела нехитрую формулу глава ЦБ.

Если стратегия бюджетной консолидации не будет выстроена соответствующим образом, регулятору придется держать высокие ставки, говорит она:

Мы готовы и к ситуации с бюджетным дефицитом, тратой резервных фондов. Но придется проводить более жесткую денежно-кредитную политику, чтобы достичь цели по инфляции. Это не наше упрямство — мы убеждены, что это нужно для инвестиционного типа экономического роста.

Свести к минимуму разбаланс между доходами и расходами федерального бюджета — ключевая задача ближайших трех лет, отметил в своем выступлении министр финансов Антон Силуанов. По его словам, Минфин видит необходимость за этот период снижать дефицит бюджета на 1 п. п. каждый год. Он также отметил, что для экономического роста необходимо, чтобы «бизнесу было комфортно». (Кстати, впервые выступавший на ПМЭФ только что получивший от Совета Федерации новый пятилетний срок генеральный прокурор РФ Юрий Чайка рассказал, что его ведомство отменило 300 тыс. необоснованных проверок бизнеса в 2016 году. При этом после выступления от общения с журналистами генпрокурор отказался.)

Главная цель — чтобы экономика богатела, чтобы мы росли темпами выше, чем мировые, — подытожил министр финансов.

Пока же экономика продолжает падать, а уровень жизни населения снижается третий год подряд, что является беспрецедентным по сравнению с прошлыми кризисными периодами, заявил глава ЦСР Алексей Кудрин.

Такого не было ни в кризис 1998 года, ни в кризис 2008 года, когда снижение доходов было один год, а потом мы видели восстановление. Сейчас это длится третий год, и это вызов для властей страны. Мы должны вернуться к росту жизненного уровня населения. Мы попали в ловушку доходов среднего уровня. Зарплаты немаленькие, но есть риск, что они закрепятся на нынешнем уровне и не будут расти, — уверен он.

«А если мы останемся без резервов…»

 

Именно поэтому снижение бюджетного дефицита не может быть самоцелью экономической политики — такое мнение высказал заместитель председателя Внешэкономбанка Андрей Клепач в ходе соответствующей сессии форума. Ликвидация бюджетного дефицита будет означать продолжение падения уровня жизни, уверен он.

Бездефицитный бюджет, если цена на нефть не будет расти и будет 40—50 долларов за баррель, возможен, только если мы заморозим реальную зарплату — не будем ее индексировать нормально ни бюджетникам, ни военнослужащим, — сказал Клепач.

По его оценкам, напрямую завязаны на бюджет доходы 15—20 млн россиян. Пенсии, по словам зампреда ВЭБа, при таких условиях будут как-то повышаться, «но точно не по инфляции».

 

При этом уровень жизни населения — это не только социальный вопрос, но и вопрос развития страны, отметил эксперт. Поэтому нужно стремиться не к сокращению дефицита как такового, а финансировать институты, которые смогут повернуть экономику в рост. С ним не согласился глава Минфина Антон Силуанов: он уверен, что увеличение объемов госдолга — это «путь к дефолту, путь в никуда».

Увеличить дефицит бюджета и профинансировать пусть даже необходимые расходы: к чему это приведет? Последние два-три года мы финансировали дефицит бюджета за счет резервов, а резервы-то кончаются! А если мы останемся без резервов, то откуда мы возьмем деньги для финансирования дефицита бюджета? С рынка. Если мы выйдем на рынок с такими большими объемами заимствований — от 2,5 до 3 триллионов рублей, к чему это приведет? К инфляции, к росту ставок. Что произойдет с реальными зарплатами и доходами населения? Они будут обесцениваться. Мы не сможем увеличивать индексацию зарплат и реальных пособий на уровень инфляции, потому что будет закручиваться спираль, что приведет к известным событиям, которые мы проходили в 1998—1999 годах. Поэтому увеличивать долг, несмотря на то, что он у нас маленький, — это заблуждение, путь к дефолту, путь в никуда, — парировал Силуанов.

Он подчеркнул, что задача Минфина — пересмотреть обязательства, которые были приняты «в период стодолларовых цен на нефть, и адаптировать бюджет».

 

От долговой ловушки предостерегла и руководитель Центробанка Эльвира Набиуллина.

Попытка финансировать рост через госдолг: мы можем попасть в долговую ловушку, так же как с инфляционной спиралью. Когда нам говорят: стимулировать рост через инфляцию — ну что там 1—2%, зато рост. Но если делать это каждый год, можно попасть в инфляционную спираль. Так же и с госдолгом, — сказала Набиуллина.

Она добавила, что когда регуляторы стимулируют рост через госдолг, то «это государственные расходы и государственные инвестиции, а это — будущие налоги».

Нам нужен рост через частные инвестиции, а это значит — меньше налогов, — подчеркнула глава Банка России.

Ждем перемен и «несырьевого фитнеса»

 

По мнению Алексея Кудрина, российской экономике необходимы перемены, соответствующие меняющемуся миру, а «в обществе есть определенный страх перед этими переменами». На пути перемен, к примеру, может стоять боязнь потерять политический рейтинг или поссориться с какой-то социальной группой, пояснил он.

Мне кажется, это стало проблемой, — отметил эксперт.

В частности, российской экономике необходимо «накачивать мышцы», чтобы избавиться от сырьевой зависимости, считает он.

Нам надо накачивать мышцы, формировать институты, которые создают новую производительность экономики, — сказал Кудрин. — В последние годы у нас как бы был нефтяной каркас, поддерживающий экономику. Мы из него выросли, он нам мешает, он перестал поддерживать экономику. То есть каркас упал, а у нас мышцы оказались не накачаны.

Чтобы больше не зависеть от этого каркаса, необходимо, чтобы доля несырьевого экспорта составляла не менее 80%, полагает экономист.

Нам нужно сделать такие продукты, которые по масштабу продаж в мире заместят наши доходы от нефти — примерно 350 миллиардов долларов. Сегодня мы производим ненефтяных, негазовых несырьевых товаров на экспорт примерно на 142 миллиарда — около 40%. А нужно, чтобы их было 80%, — заявил он.

«Сырьевой ловушкой» назвал ситуацию в экономике РФ и глава Сбербанка Герман Греф. «В этом году ситуация еще имеет отрицательную траекторию — минус 1—2% роста ВВП за первый квартал. Это лучше, чем прогнозировалось, но очевидно, что в этом году еще будет отрицательный экономический рост. В следующем году выйдем на некие цифры роста, но очевидно, что в среднесрочной перспективе этот рост будет невысоким», — прогнозирует президент Сбербанка. При этом Минэкономразвития по итогам пяти месяцев 2016 года ожидает спад ВВП менее 1%, сообщил журналистам глава министерства Алексей Улюкаев.

Главная тема, которую мы все должны обсуждать — и бизнес и официальные лица, — это то, как нам активно проводить реформы. В этой части повестка дня не изменилась. Только серьезные экономические реформы позволят нам достичь высоких темпов роста и вырваться из ловушки сырьевой зависимости, — заключил Греф, солидаризировавшись в этом отношении с Кудриным.

Гадаем на рост

 

По прогнозам министра экономического развития Алексея Улюкаева, по крайней мере восемь раз в последние годы заявлявшего о том, что «наша экономика наконец нащупала дно», она может выйти из рецессии уже в этом году.

Нижняя точка спада пройдена, идет быстрое восстановление российской экономики. По итогам четырех месяцев падение ВВП составило 1,1%, по полугодию мы ожидаем спад меньше 1%, начиная с третьего квартала российская экономика будет показывать позитивные значения, — сказал он журналистам.

При этом в базовом прогнозе на 2016 год Минэкономразвития исходит из среднегодовой цены нефти 40 долларов за баррель. При такой стоимости бочки «черного золота» спад экономики РФ по итогам года составит 0,2%. По промышленному производству по итогам 2016 года ожидается «небольшой плюс» — в пределах 0,4—0,5%, сказал Улюкаев на ПМЭФ. Текущий базовый прогноз министерства предполагает нулевую динамику промышленного производства по итогам 2016 года.

 

Где резать будем?

 

При обсуждении необходимости сокращения бюджетного дефицита открытым остается вопрос, какие именно расходы казны нужно урезать. Глава ЦСР Алексей Кудрин считает, что сокращать расходы можно во всех сферах.

Во всех бюджетных статьях есть запас эффективности — и в оборонке, и в социальной сфере, и в безопасности, и в образовании, и в здравоохранении. Результатом повышения эффективности в этих областях может стать сокращение бюджетных расходов, — заметил Кудрин.

«Не просто порезать и переставить, а оценить адекватность целей, которые мы ставим перед бюджетными расходами», — подчеркнул он.

 

А вот жители страны, по данным социологов, считают, что нужно сокращать расходы на госуправление (49% респондентов), ЖКХ (18%), культуру, кино и СМИ (14%). Таковы результаты опроса Всероссийского центра изучения общественного мнения, которые на ПМЭФ озвучил глава ВЦИОМ Валерий Федоров. Ни в коем случае нельзя уменьшать траты на здравоохранение, считают 50% опрошенных, социальную политику (26%), науку и образование (18%), национальную оборону (13%).

Вот они, приоритеты экономической политики в бюджетном преломлении, которые видят россияне, — рассказал глава ВЦИОМ.

Министр финансов Антон Силуанов прокомментировал такой расклад скептически.

Госуправление, ЖКХ, культура и кино — это «две копейки», на самом деле, — отметил глава Минфина.

А вот образование, здравоохранение, оборона и социальная политика — как раз наиболее дорогостоящие статьи бюджета, заверил он, добавив, что необходим иной подход к тратам, чтобы они стали более эффективными.