На фоне кризиса все чаще предлагаются различные способы преодоления тунеядства, необходимость которого становится тем более актуальной с учетом известных демографических проблем в России.
Как победить тунеядство
Depositphotos.com

Второй подход

 

Как сообщили “Вести.Экономика“ в пресс-службе Минтруда, здесь не поддерживают идею налога на тунеядцев, что накануне также подтвердил глава ведомства Максим Топилин. У Минтруда нет законопроекта по данному поводу и, соответственно, не имеется расчетов относительно сумм, которые можно было бы получить с такого налога, разъяснили в министерстве.

 

На днях в Калининграде глава Минтруда Максим Топилин заявил, что Россия не нуждается в специальном законе о тунеядстве, однако, необходимо предпринимать меры для преодоления такого положения дел, при котором те, кто не работают и не платят налоги и “ничего не приносят обществу“, получают блага за счет бюджетных средств.

 

О том, что в Министерстве труда и соцзащиты РФ обсуждают возможность введения налога для трудоспособных неработающих россиян, в начале мая рассказал замглавы ведомства Андрей Пудов. При этом он сослался на опыт Белоруссии, где с апреля 2015 г. президентским указом жителям страны, не платящим налоги, предписаны специальные платежи размером около $250 ежегодно.

 

К слову, тогда же, в апреле прошлого года, также озадачившись данной проблематикой, депутаты петербургского Заксобрания предложили ввести уголовную ответственность за тунеядство, предусматривающую до года исправительных работ. Но против этой идеи выступили их коллеги из федерального парламента. По определению спикера Совета Федерации РФ Валентины Матвиенко, подобная инициатива, предполагающая возвращение принудительного труда, противоречит правовым и этическим нормам.

 

После чего в мае 2015 г. замглавы Федеральной службы по труду и занятости (Роструд) Михаил Иванков уведомил, что обсуждается вопрос о введении социального сбора, который предлагалось взимать со всех официально не трудоустроенных граждан старше 18 лет, за исключением зарегистрированных безработных, студентов, пенсионеров и представителей некоторых других категорий. Впрочем, уже в июне Минтруд отказался и от этой затеи. Хотя министр Максим Топилин тогда вновь оговорил, что с теми, кто в течение всего экономически активного периода не платил налогов и не производил отчисления в страховые фонды, "надо что-то делать".

 

Таким образом, за последние два года представители властных структур уже дважды подступались к решению “тунеядческой“ проблемы.

 

 

Кризисное обострение

 

Понятно, что активность эта, в значительной степени, обусловлена обострением кризисных тенденций в отечественной экономике и необходимостью изыскивать дополнительные источники пополнения скудеющих бюджетных средств. При этом одним из возможных ресурсов представляется легализация теневого рынка труда. По данным Минтруда, на него приходится около 23% от легального рынка трудовых ресурсов. причем потери от недополученных страховых взносов здесь могут составлять до 500 млрд руб. Судя по информации Пенсионного Фонда РФ, Фонда обязательного медицинского страхования и Росстата, всего в России насчитывается более 15 млн экономически активных лиц, за которых не поступают взносы в государственные внебюджетные фонды. Из них 11-12 млн человек задействованы в теневом секторе.

 

И в кризисные периоды, констатировал Михаил Иванков, доля неформально работающих россиян увеличивается, поскольку бизнес, тем самым, стремится минимизировать собственные расходы. По данным Роструда, наибольшая доля граждан, получавших “ белую“ зарплату, была зафиксирована в благополучном 2006 г., тогда как в кризисном 2008 г. она сократилась на 13%, а к 2014 г. увеличилась до 70%. Из оставшихся 30% в 2014 г. 11% работников получали неофициально всю зарплату, другим же в конвертах выдавали лишь ее часть.

 

Вследствие такого неформального подхода существенные суммы недополучают, в том числе региональные и муниципальные бюджеты (основные получатели подоходного налога), за счет которых финансируются зарплаты бюджетников, строительство социальных и инфраструктурных объектов. При этом используя преимущества нелегального труда, “неформалы“ подрывают основы конкуренции, тогда как их работники оказываются лишены полагающихся социальных гарантий. Для защиты своих прав россиянам предлагается обращаться в государственную инспекцию труда. В регионах проблематикой легализации рынка труда занимаются межведомственные комиссии, а в муниципальных образованиях - специальные рабочие группы. В результате, по словам Андрея Пудова, совместными усилиями в зону легальной занятости с 2015 г. удалось вывести порядка 2,6 млн человек.

 

 

Цветы зла

 

Тем не менее, заметила ведущий научный сотрудник Центра анализа доходов и уровня жизни НИУ ВШЭ Оксана Синявская, доля нелегального трудового рынка в последние годы продолжает расти. При том, что зачастую оставшиеся без работы люди, будучи не в состоянии прожить на мизерные пособия, вынуждены хвататься за первое попавшееся предложение о работе по “серой“ схеме. Очевидно, что для искоренения теневого сектора необходимо реализовать комплекс мер, направленных на ограничение административных барьеров и коррупционных проявлений при общем сокращении затрат работодателей. Введение же налога на тунеядство, возможного при плановой советской экономике, но не реалистичного в сегодняшних условиях, когда работодателями не обеспечивается нужное количество рабочих мест, никак не поспособствовало бы легализации рынка труда, заключила Синявская.

 

Словом “тунеядец“, напомним, в словаре С.И. Ожегова обозначается “человек, который живет на чужой счет, чужим трудом”. В этой связи, примечательно, что, в ходе опроса ВЦИОМ, обнародованного под занавес прошлого года, голоса респондентов разделились почти поровну: 45% ответили, что современная Россия нуждается в принятии закона о тунеядстве (и столько же поддержало идею введения ответственности для уклоняющихся от работы), тогда как 46% и 47%, соответственно, выступили против.

 

Наряду с прочим, дело осложняется неоднородностью состава неработающих россиян трудоспособного возраста: практически вычленить среди них людей, подпадающих, скажем, под определение “тунеядец”, весьма затруднительно, пояснил ведущий эксперт Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования Игорь Поляков. К примеру, оговорил он, в данной категории могут относиться те, кто живет на средства, полученные в наследство от состоятельных родственников. Или же это могут быть домохозяйки, которые ухаживают за детьми и организуют быт других членов семьи, зарабатывающих деньги. Причем таковых насчитывается немало – до 8-9 млн. Конечно, существуют и другие категории из числа криминальных элементов или представителей маргинальных групп, вроде, “цветов жизни“ из хиппи, на долю которых приходится 3-4%. И, в принципе, было бы правомерно подумать над тем, как привлечь последних к возмещению расходуемых на них средств, допустил Поляков.

 

Итак, очевидно, что для правильного понимания обсуждаемой проблемы изначально необходимо вычленить из общего числа россиян, не производящих положенные отчисления, ту часть людей, которые не работают, в том числе на нелегальном рынке, при этом особо выделив тех, кто не работает по “уважительным“ причинам (вроде, тех же домохозяек). И далее, не отвлекаясь на красивые рассуждения о подневольном и свободном труде, было бы логично разработать свой комплекс мер (который содержал бы как стимулирующий “пряник”, так и мобилизующий “кнут”), призванных помочь вернуть обществу еще пару-тройку миллионов потенциальных работников. Что, тем более, представляется важным с учетом известных демографических проблем.

 

Но поскольку осуществление этой задачи потребует дополнительных средств, то, вероятно, в первую очередь, сегодня следовало бы озадачиться искоренением нелегального рынка труда, предусмотрев для этого необходимый комплекс мер. И здесь, чтобы добиться успеха, очень важно воспитать у россиян однозначно негативное отношение к тем, кто не выплачивает надлежащие отчисления в бюджет, сформулировал первый зампред комитета Госдумы РФ по труду, социальной политике и делам ветеранов Михаил Тарасенко.

 

Кстати, если по Ожегову, то и работающие “неформалы“ можно отнести к тунеядцам, так как тоже пользуются благами, заработанными чужим трудом.