Почему панамагейт вдохновит мир на новые «сливы», но не на новые законы и реальную борьбу с офшорами.
Сможет ли «Панамский архив» изменить мир
Depositphotos.com

На днях список стран, заинтересовавшихся офшорными счетами своих граждан, пополнился Шри-Ланкой, Зимбабве и Южной Африкой. Французский банк BNP Paribas заявил о закрытии филиала на Каймановых островах. В Пакистане бывший игрок в крикет, а ныне политик Имран Хан, критиковавший премьер-министра за офшорные компании его семьи, признался, что и сам не без греха.

 

На этом фоне в рамках только что завершившейся встречи «Большой семерки» было принято решение бороться с нелегальными финансовыми операциями.

 

 

И это лишь самые свежие отголоски «Панамских документов» — крупнейшей в истории журналистской публикации секретных документов. Всего восемь недель назад 370 журналистов из 76 стран, объединенных Международным консорциумом журналистов-расследователей, опубликовали первые материалы, основанные на утекших документах панамской офшорной компании Mossack Fonseca.

 

Уже можно констатировать, что их влияние на мир финансовых услуг оказалось огромным — хотя перспективы реформ в этой области пока остаются неопределенными.

 

В десятках стран были начаты расследования. Авторы законов, требующих раскрытия реальных владельцев офшорных компаний пред налоговыми органами или общественностью, получили новые аргументы. Массовое возмущение, охватившее широкую общественность, побуждает правительства не сидеть, сложа руки, а карикатуристы всего мира упражняются в остроумии.

 

Эко­но­мист Га­б­ри­эль Зук­ман из Ка­ли­фор­ний­ско­го уни­вер­си­те­та в Берк­ли под­счи­тал, что в на­ло­го­вых га­ва­нях скры­ва­ет­ся 8% всех лич­ных со­сто­я­ний пла­не­ты. Он го­во­рит:

Ре­ак­ция впе­чат­ля­ет. Спрос на фи­нан­со­вую про­зрач­ность и ре­фор­мы на­ло­го­об­ло­же­ния рас­тет, и это пер­вый раз, когда эти во­про­сы в самом деле взвол­но­ва­ли об­ще­ствен­ность.

Ано­ним­ная утеч­ка 11,5 млн до­ку­мен­тов па­нам­ской юри­ди­че­ской ком­па­нии в немец­кую га­зе­ту стала зна­ко­вой и по дру­гой при­чине. Едва ли этот «слив» ста­нет по­след­ним — ско­рее, это оче­ред­ной эпи­зод в гло­баль­ной эпи­де­мии рас­кры­тия го­су­дар­ствен­ных и кор­по­ра­тив­ных сек­ре­тов.

 

 

Все на­ча­лось в 2010 году, когда ря­до­вой ана­ли­тик раз­вед­ки в Ираке ско­пи­ро­вал ты­ся­чи сек­рет­ных фай­лов на ком­пакт-дис­ки с над­пи­сью «Lady Gaga» и пе­ре­дал их в ор­га­ни­за­цию WikiLeaks. Уже тогда было ясно, что тех­но­ло­гии из­ме­ни­ли мир и сде­ла­ли по­доб­ные утеч­ки неиз­беж­ны­ми.

 

Ря­до­вой 1-го клас­са Бр­эд­ли Мэн­нинг (с тех пор он из­ме­нил пол, став жен­щи­ной по имени Челси Мэн­нинг) рас­сек­ре­тил сотни тысяч ди­пло­ма­ти­че­ских депеш и во­ен­ных по­ле­вых от­че­тов. В 2013 году Эд­вард Сно­уден (он за­яв­лял, что его вдох­но­вил при­мер Мэн­нин­га) пе­ре­дал жур­на­ли­стам сход­ный объем сек­рет­ных до­ку­мен­тов ЦРУ.

Читать далее