Благосостояние российских граждан почти не зависит от того, что происходит на рынках.
Чего стоят накопления граждан
Евгений Павленко, Коммерсантъ

Надежда Петрова

 

Ни скачки курса рубля, ни коллапс банковской системы, ни крах фондового рынка им не страшны: финансовые активы у подавляющего большинства ничтожны. Многим попросту нечего терять, кроме своих квартир.

 

Если вы всегда хотели жить не хуже людей и у вас есть квартира в собственности и, положим, 15 тыс. руб., или квартиры нет, но есть 1,5 млн руб. в банке, можете считать, что жизнь удалась: вы уже живете не хуже половины сограждан.

 

По данным обследования 6 тыс. домохозяйств (12,4 тыс. человек), проведенного центром "Демоскоп" для проекта Минфина по повышению финансовой грамотности, 1,5 млн руб.— медианная стоимость активов тех российских домохозяйств, которые располагают хоть какими-нибудь активами. А 97% чем-то да располагают: недвижимостью, автомобилями, ценными бумагами, депозитами, наличными или, на худой конец, остатком на зарплатной карте. Впрочем, 35,7% располагают еще и долгами. Медианная стоимость чистых активов — 1,4 млн руб.

 

Говорить о средних для страны значениях на основании этого обследования вряд ли будет корректно: массовые опросы плохо охватывают самые высокодоходные группы. Чтобы учесть и их, необходимо, как не преминули отметить авторы исследования на его презентации, формировать специальную дополнительную выборку на основании данных ФНС. Но оценить среднее по уже имеющейся выборке, разумеется, можно: активы домохозяйства без учета долгов — 2,35 млн руб., чистые активы — 2,27 млн руб.

 

Даже с учетом этой оговорки благосостояние российских семей оказывается выше, чем принято было думать. К примеру, Credit Suisse в Global Wealth Report-2015 оценивал медианную стоимость чистых активов россиян в $1388 на одного взрослого (летом 2015-го это означало примерно 140 тыс. руб. на семью с двумя взрослыми), а среднюю — в $11726, то есть около 1,2 млн руб. на семью. Но объяснение банально: методология, которой пользуется Credit Suisse, занижает стоимость недвижимости, которой владеют российские граждане. А недвижимость — самое дорогое, что у них есть.

 

Актив под крышей

 

Основное жилье в собственности, по данным "Демоскопа", есть у 79% домохозяйств — по этому показателю РФ опережает и США (65,2%, 2013 год), и страны ЕС (60,1%, 2010 год). При этом, как отметила один из авторов исследования, доцент ВШЭ Диляра Ибрагимова, в общем объеме активов домохозяйств в России на основное жилье приходится 73,3%, тогда как в США — 29,4%.

 

Эти факты можно в принципе объяснять склонностью россиян к вложениям в недвижимость — единственный актив, в надежность которого они верят: в 2014 году, по оценке Росстата, на покупку жилья ушло 2,4 трлн руб., или 4,5% всех денежных доходов населения, на 0,6 п. п. больше, чем в спокойном 2013-м. Но в куда большей степени эти данные объясняет бесплатная приватизация: благодаря ей в стране возник обширный класс собственников жилья, не имеющих других активов. Отними то, что досталось бесплатно, и у многих ничего не останется.

 

В трудной ситуации хозяева, возможно, сумеют обменять этот основной актив на недвижимость похуже и получить разницу наличными, но в принципе как источник денег такое жилье не рассматривается — в нем просто живут. В то же время медианная стоимость основного жилья у тех, кто им владеет,— 1,75 млн руб. (средняя — 2,38 млн руб.) — типичный владелец квартиры богаче большинства граждан, даже если в кошельке у него нет ни гроша.

 

Благодаря бесплатной приватизации в стране возник обширный класс собственников жилья, не имеющих других активов. Отними то, что досталось бесплатно, и у многих ничего не останется

 

Второй по распространенности вид имущественных активов — автомобиль: собственные транспортные средства есть у 39,4% (медианная стоимость этих активов — 240 тыс. руб., средняя — 348 тыс. руб.). Две трети автовладельцев обходятся без гаражей. Не то чтобы они очень дороги (медиана — 125 тыс. руб., среднее — 238 тыс. руб.), но в собственности есть только у 12% домохозяйств.

 

Куда популярнее другого рода недвижимость: дача, загородный дом, часть дома или земельный участок имеется у 31,8% домохозяйств (в том числе у 9,5% — участки без построек, а у 0,4% — дома за рубежом). По стоимости такие активы на втором месте после основного жилья: медианная стоимость — 750 тыс. руб., средняя — чуть меньше 1,58 млн руб.

 

Разница — в деньгах

 

С учетом дач, автомобилей и гаражей к обладателям нефинансовых активов можно причислить 89,6% домохозяйств, но оценки стоимости активов при этом оказываются лишь немногим больше стоимости основного жилья: медиана — 1,8 млн руб., средняя — 2,76 млн руб. А поскольку основная доля таких активов — жилье, оформленное в собственность в порядке бесплатной приватизации, различия в их стоимости сравнительно невелики. Коэффициент фондов ( в данном случае под ним понимают соотношение стоимости активов наиболее и наименее обеспеченных 20-процентных групп) равен 3,0. Большая часть имущественных активов (56,6%) принадлежит 40% самых обеспеченных домохозяйств, и это не только жители крупных городов. Хотя, конечно, обитатели "миллионников", включая Москву и Санкт-Петербург, богаче многих прочих: на них приходится 39,1%.

 

Показатели медианной и средней стоимости нефинансовых активов для отдельных регионов пока не приводятся, но отрыв столиц от остальной страны должен быть существенным. В исследовании Sberbank Investment Research, который в конце 2015 года предпринимал попытку оценить эти активы, предлагая респондентам выбрать один из семи стоимостных диапазонов, в целом по России участники опроса чаще выбирали диапазон "1-3 млн руб.", а в Москве и Санкт-Петербурге, как говорит старший аналитик Sberbank Investment Research Юлия Гордеева,— диапазон "3-5 млн руб.". Они вполне могли ошибаться: люди не всегда следят за рынком, а квитанции с налогом, рассчитанным по кадастровой стоимости, они еще не получали.

 

 

Впрочем, самая существенная разница в стоимости обнаружится, если от оценок имущества перейти к финансовым активам. Их, правда, нет едва ли не у каждого четвертого (23,6%) домохозяйства, а у тех, у кого эти активы есть, их медианная стоимость составляет, как уже упоминалось, всего 15 тыс. руб. (см. таблицу). Но среднее значение выглядит более впечатляюще — 95,7 тыс. руб., и такой разрыв между средним и медианой сам по себе указывает на высокую дифференциацию. Коэффициент фондов (как и в предыдущем случае, по 20-процентным группам) оправдывает ожидания: 9 — для финансовых активов в целом, 9,4-9,5 — для срочных вкладов и текущих счетов, 13,2 — для сбережений в наличных деньгах. Правда, доля Москвы, Санкт-Петербурга и "миллионников" в финансовых активах домохозяйств чуть ниже, чем в имущественных, — 36,2%. Зато на "пятый квинтиль" (самые обеспеченные 20%) приходится 44,2% всего объема.

 

Активы большие и малые

 

Низкие оценки финансовых активов логично согласуются с оценками уровня доходов, полученными "Демоскопом" при обследовании домохозяйств,— в среднем 43,8 тыс. руб. на семью, или 18,1 тыс. руб. на человека в месяц. Это существенно ниже среднедушевого дохода в 2015 году, по оценкам Росстата (30,4 тыс. руб.), куда ближе к официальным оценкам медианного дохода (22,7 тыс. руб.) и даже несильно выше модального, то есть встречающегося чаще всего (12,6 тыс. руб.). Но это, вероятно, следствие того, что Росстат в оценках использует не только данные выборочных обследований, но и макроэкономический показатель денежных доходов населения.

 

Так или иначе, судя по этим данным "Демоскопа", на сберегательную активность масс грех жаловаться — при подобном уровне доходов удивительно, что у среднего домохозяйства вообще образуются какие-то финансовые активы. Сравнение с данными первой волны обследования, проведенного в 2013 году, подтверждает, что в целом финансовое поведение домохозяйств, по выражению Диляры Ибрагимовой, "довольно разумно".

 

Конечно, "использовать для улучшения благосостояния или территориальной мобильности" жилье, являющееся основным активом большинства граждан, "достаточно сложно" — мешает, указывает Ибрагимова, и инертность рынка, и низкая ликвидность подобных активов, и "диспропорции (в том числе региональные) на рынке труда". Но что касается основных видов финансовых активов — банковских счетов и вкладов,— охват ими населения к 2015 году увеличился по сравнению с 2013-м на 5,4 п. п. и 1,5 п. п. соответственно, а их средний размер практически не изменился.

 

При подобном уровне доходов удивительно, что у среднего домохозяйства вообще образуются какие-то финансовые активы

Иными словами,— поясняет Ибрагимова,— наблюдается некоторый прирост числа сберегателей, хотя и с небольшими суммами. Это согласуется с теорией психологической экономики: в условиях, когда долгосрочные потребительские ожидания весьма пессимистичны, люди даже на фоне снижения реальных доходов будут стремиться сэкономить на потреблении, но создать, пусть совсем небольшой, хотя бы какой-нибудь, запас денежных средств на случай форс-мажорных обстоятельств — например, потери работы. Хотя доля сберегателей все равно очень невелика.

Конечно, речь идет лишь об основной массе населения, без учета "верхушки децильного доходного распределения". Пока ФНС не участвует в формировании выборок для таких исследований, о финансовом поведении самых состоятельных граждан, как и о реальной их доле в общих активах населения, можно судить довольно приблизительно. Хотя обеспеченные люди очевидно имеют больше возможностей для формирования сбережений и их активы, по сути, формируют рынки. Известна, например, оценка главного аналитика Сбербанка Михаила Матовникова, согласно которой почти половина (46%) банковских вкладов принадлежит не более чем 1% населения, в том числе 30% — не более чем 400 тыс. вкладчиков, и, по его замечанию, "неудивительно, что социологические опросы охватывают совершенно других людей".