По оценке Международного энергетического агентства (МЭА), заморозка добычи основных экспортеров, включая РФ и Саудовскую Аравию (они встретятся в воскресенье в Дохе) на уровне января не сильно повлияет на предложение нефти.
Нефти будет меньше даже без сделки с ОПЕК
Алексей Мякишев / Коммерсантъ

 

Однако с учетом сокращения добычи вне картеля рынок приблизится к балансу уже во второй половине года. Такой прогноз поддержал рост цен на Brent выше $44 за баррель.

 

В отличие от ОПЕК, предупредившей о замедлении роста спроса на нефть (прогноз был снижен на 50 тыс. баррелей в сутки (б/с) — до 1,2 млн б/с), в МЭА ждут, что он останется стабилен (1,2 млн б/с против прироста на 1,8 млн б/с в 2015 году): замедление спроса КНР компенсирует Индия, практически единственный крупный покупатель нефти, сильно нарастивший потребление при падении цен — импорт страны в 2015 году вырос на 8%. Причиной сокращения дисбаланса в МЭА считают сокращение сланцевой добычи в США (минус 160 тыс. б/с год к году). Всего добыча вне ОПЕК за год сократилась на 690 тыс. б/с, в марте к февралю — на 180 тыс. б/с. Прирост предложения к марту 2015 года сократился до 200 тыс. б/с (в феврале — 1,7 млн б/с).

 

 

В РФ добыча остается на рекордном уровне — 10,9 млн б/с. ОПЕК тем временем сократила объем поставок: несмотря на рост добычи Ирана (на 80 тыс. б/с, до 3,3 млн б/с, с целью в 4 млн б/с), показатель снизился в марте на 90 тыс. б/с, до 32,47 млн б/с, из-за падения поставок Нигерии, ОАЭ и Ирака. Саудовская Аравия сократила добычу незначительно — на 30 тыс. б/с, до 10,19 млн б/с.

 

При этом потери стран Персидского залива от падения цен на нефть были значительнее российских: по данным HSBC, профицит текущего счета Саудовской Аравии снизился за год на 18% ВВП (в РФ вырос на 2%), баланс бюджета упал на 21% ВВП (в РФ на 2%). "При снижении цен на нефть рубль будет под ударом, тогда как у большинства нефтеэкспортеров курсы нацвалют фиксированные, однако это же позволяет сохранять профицит текущего счета и минимальные по сравнению со странами Персидского залива потери для бюджета",— пояснил "Ъ" глобальный валютный стратег HSBC Дэвид Блум.