По данным исследования Высшей школы экономики, граждане РФ меняют рабочие места примерно с той же интенсивностью, что и в среднем в мире.
Работники меняют работодателей с выгодой для себя
Александр Петросян / Коммерсантъ

Ежегодно меняет работу примерно каждый пятый работник (22%), а число сотрудников, меняющих работодателя, почти втрое превосходит количество тех, кто перемещался по карьерной лестнице внутри предприятия. Впрочем, в последние годы этот тренд в России ослабевает — за счет роста качества заполнения вакансий и снижения их числа.

 

 

Показатели трудовой мобильности в РФ оказались сопоставимы с мировыми, констатирует препринт исследования сотрудников Высшей школы экономики Владимира Гимпельсона и Владислава Капелюшникова "Дороги, которые мы выбираем: перемещения на внутреннем и внешнем рынке труда". Работа обсуждает две формы трудовой мобильности — вертикальное движение работников по корпоративной лестнице рабочих мест и горизонтальное перемещение между работодателями (вне связи с вертикальным движением). Основой работы стали данные Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения ВШЭ за 2006-2013 годы — в отличие от традиционных исследований, основанных на данных компаний.

 

Для рынка труда РФ характерна высокая внешняя мобильность. В наблюдаемом периоде примерно каждый пятый работник (22%) ежегодно менял работу, и смена работодателей была почти втрое интенсивнее внутренних переходов (16,3% против 5,8%). Это характерно и для других стран, в последние десятилетия тенденция нарастала — из-за роста гибкости рынка труда, роста сектора услуг и глобального усиления конкуренции крупные компании стали отказываться от модели пожизненного найма в пользу привлечения "сторонних" работников.

 

Внутренняя и внешняя мобильность в РФ отличаются и в гендерном отношении. Мужчины более маневренны на внешнем рынке. В активности внутри компаний женщины им почти не уступают. "С известными оговорками это... свидетельство достаточно слабой гендерной дискриминации, если говорить о шансах на продвижение по служебной лестнице",— отмечают авторы работы. Мобильнее ожидаемо оказались и люди до 30 лет — у них интенсивность внешней мобильности превышает 25%, а внутрикорпоративной — достигает 8,5%, тогда как у пожилых (от 50 лет) работников показатели составляют 9,5% и 3%. Одновременно трудовая мобильность последовательно убывает по мере уменьшения размеров населенных пунктов. Лидируют в этом разрезе мегаполисы — Москва и Санкт-Петербург, в регионах относительно высока мобильность в Сибири, на Дальнем Востоке и Урале, в Центральном и Приволжском округах.

 

 

Активнее всего меняют рабочие места сотрудники предприятий с иностранной собственностью. По мнению авторов исследования, "скорее всего, это связано с тем, что такие предприятия являются наиболее эффективным и динамично растущим сектором экономики, отсюда более высокая потребность в найме дополнительного персонала и широкие возможности карьерного роста". В отраслевом разрезе внешняя мобильность выше в строительстве, а ниже всего в нерыночных услугах — госуправлении, образовании и здравоохранении. При этом внутренняя мобильность ограничена очень узким диапазоном (5,5-6%) с максимумом в промышленности и нерыночных услугах и минимумом в сельском хозяйстве.

 

Выше трудовая мобильность у высокооплачиваемого персонала — тут смена работы, как правило, сопровождается ростом зарплаты, при этом в среднем внутренняя мобильность позволяет зарабатывать примерно на четверть больше, чем внешняя — а она, в свою очередь, обеспечивает прибавку около 5% в сравнении с теми, кто вообще не меняет рабочих мест. Однако в целом лидерами по темпам прироста зарплаты выступают внешне мобильные сотрудники (средний темп прироста в 2005-2013 годах — 23%). У предпочитающих внутрикорпоративные переходы тот же показатель равен 19% на фоне 10% у сохраняющих постоянное место. Стратегия внешней мобильности экономически наиболее привлекательна, но "наибольшую отдачу она обеспечивала до кризиса 2008-2009 годов; в последние же годы практически перестала давать видимые преимущества по сравнению с альтернативной стратегией внутренней мобильности",— говорится в исследовании. Одновременно и сама активность перемещений между рабочими местами в рассматриваемом периоде ослабевала, что может объясняться как возросшим качеством заполнения вакансий, так и снижением числа привлекательных мест. На последнее, по мнению авторов работы, указывает значительное число переходов на неустойчивые рабочие места, обеспечивающие новые перемещения в будущем.

 

"Маловероятно, что за последние два года тренд на уменьшение трудовой мобильности мог измениться — несмотря на кризис, ситуация на рынке труда относительно стабильна. Наоборот, можно предположить, что сейчас продвижение по служебной лестнице в компаниях становится более сложным, а те, кто хотел бы перейти на работу в другую фирму, находят меньше выгодных предложений на рынке",— поясняет один из авторов исследования Владимир Гимпельсон, глава Центра трудовых исследований Высшей школы экономики.