Некогда вальяжные банковские клерки совершенно растеряли свой лоск. Сытое выражение скрытого превосходства на их лицах уступает место плохо скрываемой тревоги. Что, в общем, понять не сложно - банкиры тоже люди, у всех семьи, кредиты, ипотеки. А ещё привычка к хорошей жизни, которую не сломал даже памятный 2008 год.
О банковском кризисе пока не у нас
Depositphotos.com

Но сейчас, хотя мало кто из экономистов тревожится по поводу нового витка глобального экономического кризиса, этакого рецидива Великой Рецессии, именно банкам приходится совсем не сладко.

 

Вот очень показательная иллюстрация.

 

 

Здесь сравнивается глубина падения котировок акций европейских банков в чёрный для них четверг 11 февраля и в 2008 году, когда в итоге обрушился американский инвестиционный гигант Lehman Brothers. Его падение стало точкой отсчёта для глобального экономического кризиса, хотя в действительности проблемы у мирового финансового сектора начались стали явными ещё в 2007 году.

 

Конечно, можно от этого отмахнуться. Тем более, что уже в пятницу, 12 февраля, банковские акции хорошо выросли, и в группе лидеров оказался DB. Но это был преимущественно спекулятивный рост, стимулированный заявлениями о планах выкупить собственные облигации с рынка на сумму 5,4 млрд долл., в том числе некоторые недавно размещённые выпуски.

 

В целом же банки еврозоны страдают от падения своих акций и сталкиваются с быстрым ростом доходности облигаций с начала года, поскольку инвесторы обеспокоены сокращением прибыльности, а также увеличением доли проблемных кредитов в банковских секторах некоторых стран. Это в свою очередь может негативно повлиять на экономику зоны евро: ведь в результате длительного снижения котировок банковских ценных бумаг кредитным учреждениям станет сложнее привлекать новое финансирование, что в итоге приведёт к замедлению темпов кредитования. Или даже к сжатию портфелей ссуд реальному сектору.

 

Банковское кредитование в еврозоне начало расти в 2015 году после снижения в течение трёх лет, но данные за декабрь указывают на потерю темпов этого роста. Так что всё очень хрупко и неустойчиво.

 

И вот с одной стороны предсказательная сила фондового рынка вызывает сильные сомнения. Инвесторы - те же пуганые вороны, что кустов боятся. Но с другой стороны, дыма без огня не бывает, да и беспокойство рыночных игроков имеет под собой вполне реальные основания. Вообще говоря, природа краха всех крупных банков связана с переоценкой инвесторами их стабильности. Когда эта иллюзия испаряется, как правило, и происходит взрыв.

 

Повторит ли Deutsche Bank, который в конце прошлого года объявил о более 6 млрд евро убытка, судьбу Lehman Brothers? Не факт, хотя вероятность есть, и довольно высокая. Но даже если она не реализуется в ближайшее время, рыночное положение многих кредитных учреждений Европы выглядит шатким. Пережившие кризис инвестбанки США отвоёвывают у европейских конкурентов долю на рынке: если в 2010 году на долю американских компаний по торговле ценными бумагами приходилось чуть более 40% всей выручки, то теперь - уже почти 50%. При этом доля Европы упала с 35% до 29%.

 

Одно обнадёживает: как бы ни развивалась ситуация в банковском секторе Старого Света, Россию она затронет по минимуму. Российские банки уже фактически отрезаны от европейского рынка капитала из-за санкций и неустойчивого рубля. Так что возможное сжатие ликвидности в финсенкторе еврозоны принципиально мало что изменит.

 

С другой стороны, у наших кредитных институтов есть и свои проблемы. Но это тема для отдельной заметки...

 

A-nalgin.livejournal.com