От чего сейчас зависят цены на нефть.
Добыча словесных ископаемых
Дмитрий Духанин / Коммерсантъ

В начале февраля могло показаться, что основным источником доходов российского бюджета стал глава Минэнерго Александр Новак. Опасения, что он начнет переговоры с ОПЕК о сокращении добычи, привели к росту цен на нефть почти на треть. Впрочем, переговоров, видимо, не будет, цены уже ползут вниз, а добыча, вероятно, сократится сама собой.

 

В конце января — начале февраля цена на нефть взлетела почти на треть (с минимума в $27,1 за баррель Brent 20 января до $36 за баррель 1 февраля). Причиной роста называют серию заявлений российских высоких лиц (глава Минэнерго Александр Новак, глава "Транснефти" Николай Токарев) о готовности России к переговорам с ОПЕК о снижении нефтедобычи для стабилизации цен. Новак даже назвал возможные цифры — на 5% для каждой добывающей страны. Раньше, по его словам, это предлагала Саудовская Аравия. "Сейчас страны ОПЕК пытаются созвать заседание с участием представителей стран ОПЕК и вне-ОПЕК. Мы, со своей стороны, подтвердили возможность нашего участия в такой встрече",— сказал Новак. 2 февраля идею встречи поддержал глава МИДа Сергей Лавров. Присоединился и слабый член ОПЕК — Венесуэла. Рынок на заявлениях Новака взмыл вверх.

 

 

Но крупнейший член картеля, без которого любые сокращения добычи бессмысленны, Саудовская Аравия, предложения России де-факто проигнорировал. Так, в саудовской газете "Аль-Хаят" появилось сообщение о том, что говорить об экстренной встрече ОПЕК вместе с другими производителями преждевременно. Причина в том, что ясность с объемами Ирана после снятия санкций наступит не ранее чем через два месяца. Другая саудовская газета, "Аш-Шарк Аль-Аусат", считающаяся рупором официальных властей, повторила, что Саудовская Аравия готова к совместным действиям с производителями нефти для поддержания стабильности рынка. Но также отметила, что "способность Саудовской Аравии выдерживать низкие цены гораздо больше, чем у России", и что "даже если Россия пойдет на совместное снижение добычи, несогласие внутри ОПЕК останется". Причина — опять Иран. Сам Иран заявил, что не рассматривает возможность снижения добычи, прежде чем она не превысит "санкционный" уровень на 1,5 мбд (прогнозы по росту в 2016 году от Energy Information Administration — 0,3 мбд, министра нефти Ирана Бижана Зангане — 0,5 мбд сразу после снятия санкций и 1 мбд к концу года).

 

Аналитики рынка отнеслись к идеям совместных действий ОПЕК и России скептически. "Вряд ли будет достигнуто какое-то соглашение,— говорит старший вице-президент Argus Media Вячеслав Мищенко.— Надо помнить, что Саудовская Аравия и Иран в силу геополитических противоречий вряд ли смогут о чем-нибудь договориться в обозримом будущем, да и с Россией у Саудовской Аравии, мягко говоря, не самые теплые отношения. Даже в случае какого-то соглашения встанет вопрос о мониторинге его исполнения, а так как стороны не особо доверяют друг другу, это сильнейшее препятствие. Кроме того, непонятно, как российские нефтяные компании, у которых есть и западные акционеры, смогут снизить добычу по государственной директиве". Еще резче высказался партнер Rusenergy Михаил Крутихин: "Все эти заявления — чистый бред, пиар".

 

Сокращай не сокращай...

 

Скепсис оправдан и историческим опытом. С 1982 года ОПЕК стала искусственно поддерживать высокие цены, сокращая квоты. Но соблюдала квоты лишь сама Саудовская Аравия, остальные члены картеля вовсю жульничали, качая и продавая больше. Монархия упорно снижала добычу с 10,2 мбд в 1980-м до 3,6 мбд в 1985-м и способствовала удержанию высоких цен на нефть, при которых стали рентабельны огромные инвестиции в новые месторождения Северного моря, Аляски и Мексики (аналог сегодняшней сланцевой революции). Эффект от новых месторождений почувствовался в середине 1980-х. Устав от субсидирования и членов ОПЕК, и нечленов, Саудовская Аравия резко повысила производство и обрушила цены: в 1986-м цена на нефть обвалилась с $27 до $10 (с $57 до $21 в нынешних ценах). Для Эр-Рияда потери компенсировались долей рынка, а другим производителям пришлось плохо (вскоре, как мы помним, распался СССР).

 

Экономисты Goldman Sachs проанализировали историю снижения квот ОПЕК позже, во время Азиатского кризиса 1997-1998 годов. Первое снижение квот пришлось на 30 марта 1998-го (1,2 мбд при цене Brent $14,35 за баррель), после чего цены благополучно пошли вниз. Второе — 24 июня 1998-го (0,5 мбд при цене $12,5 за баррель), цены опять снизились и достигли дна только 10 декабря 1998 года на уровне $9,1 за баррель. После этого пошло восстановление мировой экономики, и третье снижение, 23 марта 1999 года (1,3 мбд), совпало с уже растущими ценами. Одна из причин неэффективности снижения квот — несоблюдение договоренностей участниками картеля. Так, при совокупном объявленном объеме снижения в двух первых случаях в 1,7 мбд реальное снижение добычи составило чуть больше трети от этого уровня (в основном силами Саудовской Аравии). Другая причина, как считают в Goldman Sachs, в том, что рынок прежде всего смотрит на объем запасов — цены начали расти, только когда в декабре 1998-го запасы в странах ОЭСР стали уменьшаться.

 

Упадет сама

 

Тем не менее в России добыча может упасть и без всяких соглашений, естественным путем — из-за истощения месторождений. "Предыдущий год был рекордным для российской добычи (534 млн тонн, рост к 2014-му на 1,4%),— рассказывает Мищенко,— поддержать эту планку при текущих ценах на нефть в 2016-м будет сложно. Снижение на 2-3% возможно. Представители нефтяных компаний говорят об этом, указывая на очень низкие цены на международном рынке и на изменение налогообложения, хотя, впрочем, это, может быть, аргумент для лоббирования льгот и преференций по налогам". Снижением, например, грозил совладелец ЛУКОЙЛа Леонид Федун: "Вероятность того, что в 2016 году нас ждет снижение добычи, достаточно высока — из-за изменений условий налогового маневра (заморозка экспортной пошлины.— "Деньги") и достаточно тяжелой ситуации на рынке нефти". Эти факторы, по его мнению, дадут падение на 8-12 млн тонн.

 

Другие игроки более спокойны. "Роснефть", на долю которой приходится больше трети российской нефтедобычи, не ожидает снижения производства в нынешнем году. "Сургутнефтегаз" также обещает удержать добычу на уровне 2015-го. Минэнерго ожидает сохранения уровня 2015-го. Добыча-2016 останется приблизительно на уровне 2015 года, сказал "Деньгам" топ-менеджер одной из крупнейших мировых нефтесервисных компаний. Того же мнения придерживается и Михаил Крутихин: "Будут гнать изо всех сил".

 

 

Но косвенные признаки замедления есть. Так, в 2016 году, по данным "Транснефти", компании планируют перевезти по ее системе 476 млн тонн нефти, что на 1% ниже, чем в 2015-м (по системе "Транснефти" транспортируется почти 90% нефти). Согласно заявкам компаний, экспорт сырья упадет на 6,4%, до 215,8 млн тонн.

 

А вот мировая добыча в этом году ненамного, но вырастет: EIA прогнозирует рост мирового производства нефти на уровне 0,2 мбд; самый большой рост будет у Ирана (см. выше). Наибольшее снижение ожидается в США (0,4 мбд) и регионе Северного моря (0,2 мбд), а также в России (0,1 мбд). EIA, таким образом, примыкает к лагерю пессимистов по российской добыче.

 

Рост потребления нефти в 2016 году прогнозируется в 1,4 мбд (из него 0,32 мбд — Китай). Но даже при этом мировое производство останется выше спроса (95,93 мбд против 95,19 мбд).

 

Впрочем, теперь уже очевидно, что Китай и другие развивающиеся страны в 2016-м резко снизят темпы роста или уйдут в рецессию, поэтому прогноз по увеличению глобального спроса будет пересмотрен вниз, а избыток предложения нефти окажется более существенным. В этом случае к шоку предложения на нефтяном рынке — а к нему еще не все успели адаптироваться — добавится шок спроса. С очевидными последствиями для цен. Так, в Goldman Sachs прогнозируют волатильный коридор в диапазоне $20-40 за баррель до конца года и считают, что цены, скорее всего, обновят минимумы. Bank of America Merrill Lynch ждет обновления минимумов в марте-апреле. Еще до последнего ралли Morgan Stanley и Citigroup прогнозировали $20 за баррель, RBS — $16 за баррель, а Standard Chartered не испугался и $10 за баррель.

 

Нефтяная рецессия

 

Даже при нынешних ценах на нефть положение в отрасли настолько тяжелое, что уже способно послужить отягчающим фактором наблюдаемого глобального замедления. Петродоллары стали золотым дождем не только для стран-нефтеэкспортеров и для нефтеиндустрии в целом, которая сама предъявляла спрос на инвестиционное сырье и рабочие места (15% от всех инвестиций за последние несколько лет в США), но отчасти и для развивающихся стран--импортеров нефти. Аналитик Citi Дэвид Любин отмечает, что выгода от низких цен для импортирующих нефть Индии и Турции нивелируется более высокой доходностью, требуемой инвесторами из-за сокращения петродолларов на рынке. При сверхнизких нефтяных ценах запускается принцип положительной обратной связи — цены начинают негативно влиять на и без того ослабленную кризисом в Китае мировую экономику, что, в свою очередь, еще более негативно влияет на цены.

 

АЛЕКСАНДР ЗОТИН